Бывший. Ворвусь в твою жизнь

Я поднимаю взгляд на Адама, который тоже немного ошарашен трогательным моментом.

— Идем, конечно, — тихо отвечает он, — ведь время ужина.

— Да, — серьезно отвечает Ваня, — я кушать хочу.

Хочу сохранить в памяти эту тихую прогулку по лесу, потому что в груди нарастает тревога.

А если мы опять все это потеряем? Из-за своей глупости, эгоизма и гордыни? И мне опять будет больно?

— Что ты затихла?

— Мне страшно.

— Я же сказал, что тут нет медведей и волков.

— А если есть, то мы их съедим, — зловеще отзывается Ваня, а затем смеется, когда мы с Адамом вновь переглядываемся.

"— А я вот не уверен, что смогу с медведем подружиться.

— Не бойся, мама, — Ваня теперь смотрит на меня чистыми и уверенными глазами. — Папа ведь рядом.

Самое сложное в семье — это кому-то довериться, ведь становишься уязвимым и открытым. Да, Адам рядом. И он не только может показать белочек, но и сделать больно так, как никто этого не сделает.

И когда я вижу у крыльца черную машину и рядом с ней незнакомого тощего мужика в сером костюме, который подчеркивает его высокий рост и нескладную фигуру, тревога достигает своего пика.

Лицо у Адама каменеет.

— А вот и старый волк пожаловал, — тихо отвечает он.

— Кто это?

— Отец Дианы. Валентин.

Напряжение Адама перекидывается и на Ваню, который хмурится. Валентин делает шаг к нам навстречу, и Адам выходит вперед, чтобы закрыть нас.

— Доброго вечера, — говорит Валентин и улыбается.

Только в его улыбке нет приветливости. Она натянутая и походит на оскал.

— Идите в дом, — Адам мельком оборачивается.

— Но…

Прикусываю язык. Не лучшее время спорить. Замечаю взгляд Валентина на Ване, который хмурится в ответ еще сильнее. Мне тоже не нравится этот взгляд. Он оценивающий, холодный и колючий.

— И ты нас не представишь? — интересуется Валентин, когда мы торопливо шагаем мимо.

— Без обид, но я даже в дом тебя не приглашу, — мрачно и сухо отвечает Адам. — Я тебя не ждал.

— Хорошенький мальчишка…

Я от его слов аж подхватываю с покряхтыванием на руки Ваню, бегу по ступеням вверх и влетаю в дом.

— Да я с миром! — лети мне в спину. — Господи… Адам, это ты ей в глаз дал?

— Ужин накрыт, — к нам с Ваней выходит домработница Катерина и мило улыбается.

Раздумываю несколько секунд, спускаю Ваню с руки шепчу ему:

— Иди с тетей Катей.

— Но…

— Я сейчас должна быть с папой, — обхватываю его насупленное личико.

— Ладно.