Герцог и я

В его голосе звучала гордость. Так ей по крайней мере казалось. И это тоже было одновременно и трогательно, и смешно, и глупо.

Она подошла к нему сзади, просунула руки ему под мышки.

— Поднимайся, Саймон, я уложу тебя в постель.

Он сумел сесть с ее помощью, но потом не предпринимал никаких попыток, чтобы подняться. Наоборот, с дурацким видом посмотрев на нее, похлопал рукой по полу и произнес:

— Зачем вставать? Садись сюда, Дафна, рядом… Здесь так удобно.

— Саймон! — прикрикнула она.

Но он тянул к ней руки и любезно приглашал присоединиться к нему на ковре.

— Нет, Саймон, — терпеливо возражала она. — Тебе нужно лечь в постель.

Снова и без всякого успеха она попыталась приподнять его, но оставила попытки и с отчаянием воскликнула:

— Зачем ты так много выпил?

В его глазах вдруг мелькнула ясная мысль, когда он отчетливо ответил:

— Хотел, чтобы ты вернулась ко мне.

— Мы поговорим об этом позднее, Саймон. Завтра. Когда ты будешь себя нормально чувствовать.

Она сказала это, хотя понимала, что и он, и она знают — разговоры бесполезны.

— Сейчас уже завтра, — капризным тоном сказал он. — Давай говорить.

На нее нахлынуло чувство отчаяния. Говорить, не говорить, сегодня, завтра — какая разница, если все уже сказано и выхода нет.

— Пожалуйста, Саймон, — умоляюще произнесла она, — оставим это сейчас. Тебе необходимо выспаться.

Он затряс головой — так собака отряхивается, когда вылезает из воды.

— Нет, нет, нет!.. Дафна, Дафна, Дафна!.

Она не могла сдержать улыбку:

— Что, Саймон?

Он задумчиво почесал затылок:

— Ты не все понимаешь. Видишь ли…

Он замолчал и молчал долго, пока она не спросила:

— Чего я не понимаю, Саймон?

— Я никогда… слышишь, никогда не хотел тебя обидеть.

В его глазах была печаль совершенно трезвого человека.

— Знаю, Саймон.

— Но я не могу… не могу иначе. Понимаешь?

Он с болью выкрикнул последнее слово, на которое она ничего не ответила.

— Потому что, — продолжал он, — всю мою жизнь он меня побеждал.

— О Господи, Саймон, — прошептала она. — Ты давно уже узнал его. Давно победил. Только сам до сих пор не понял этого… Да, да! — крикнула она, потому что он покачал головой. — Уже когда начал говорить без запинки. Когда пошел учиться. Обрел друзей. Когда ездил по разным странам. Это все были твои победы. Малые и большие.