Герцог и я

Быть может, мать была права и лучше не говорить на эту тему? У каждого Человека свои чувства, свой опыт…

Господи, ну довольно же думать об этом, когда вокруг такая красота — так прекрасен солнечный закат, такие краски у неба, зелени, полей и холмов!

Кроме того, она ведь не одна в карете: рядом ее муж, тот, о ком она так мечтала. Правда, он спит, вернее, делает вид, что спит, а это уж совсем никуда не годится! Она не хочет… не может быть сейчас одна!

— Саймон! — позвала она негромко. Он не ответил.

— Саймон! — На этот раз громче.

Уголок его рта дрогнул. На лбу образовалась легкая морщинка. Все равно Дафна готова была спорить на что угодно: он не спит и все слышит. Просто раздумывает, продолжать ли играть выбранную роль или уже хватит."

"— Саймон!

На этот раз она не ограничилась словами, а позволила себе слегка толкнуть его в плечо. Пожалуй, даже не слегка, а так, что, даже если он и в самом деле спал, то неминуемо должен был проснуться.

Он открыл глаза.

— Дафф?

— Наверное, мы скоро приедем? — спросила она.

— Что? — переспросил он, не торопясь выйти из роли.

— Мы, видимо, подъезжаем к гостинице? — терпеливо повторила она.

Он вздохнул и посмотрел в окно.

— О, — сказал он, изображая крайнее удивление, — мы совсем недалеко от цели.

Спустя короткое время карета остановилась, Саймон сразу же вышел и поговорил о чем-то с кучером. Видимо, давал указания о том, что его намерения изменились и они здесь остановятся на ночлег. После этого он подал руку Дафне и помог ей выйти из кареты.

— Ну как? — спросил он, кивая в сторону приземистого строения.

Что ей оставалось ответить на такую светскую фразу, как только согласно кивнуть головой.

Саймон провел ее внутрь здания, а сам пошел к хозяину, который почему-то не соизволил выбежать им навстречу. Вскоре тот, правда, появился с извинениями, и между ними начался довольно громкий разговор, из которого Дафна стала постепенно понимать, что хозяин в отчаянии и.