Фея придёт под новый год

— Ни о чем серьезном, — ответила я, поднимаясь с дивана, и моя рука выскользнула из руки хозяина.

Он сразу помрачнел, но ничего не сказал.

— В любом случае, — продолжала я, — решать вопросы о воспитании дочери лучше на трезвую голову. Я пойду, господин Десинд. Уже утро, а я — ваша служанка, если не забыли. У меня много дел.

Он проводил меня взглядом, пока я не скрылась за дверью, и не сделал попытки меня остановить.

И это… да, это огорчило меня. Мужчина его положения мог бы проявить больше настойчивости к женщине, которая ему понравилась.

Я подумала так, и сразу испугалась, напомнив себе, что не собираюсь никому нравиться. Сегодня мы с господином Тодеу были почти откровенны друг с другом. То есть я была почти откровенной. Но он знает, что я хочу уехать, и не собирается мне в этом препятствовать. Он не собирается меня удерживать… Пусть сейчас посчитал, что мне не надо покидать его дом, но это всего лишь вопрос безопасности… А не желание видеть меня рядом. Не в своей постели, а просто — рядом…

— Вы что-то сегодня слишком задумчивая, — заметила Джоджо, когда я второй раз позволила убежать молоку.

 — Вроде бы и вернулись не слишком поздно. Вам не понравился праздник?

— Понравился, — спокойно ответила я, снимая котелок с молоком с огня. — Всё было чудесно.

— По вам не скажешь, — проницательно заявила она.

Ей не терпелось узнать обо всём, что происходило на маскараде, но я отвечала односложно — ничего не могла с собой поделать. Мысли мои были совсем не о доме мэра, и даже не о Ванессе с тихоней мастером Бартом, который оказался вовсе не тихоней.

Я думала о госпоже де Монтальви, о том, что вчера произошло в кабинете господина Тодеу… Вернее — чуть не произошло, и мне становилось всё грустнее и грустнее. Напрасно я убеждала себя, что именно так и бывает после новогодних праздников. После веселья и волшебства возвращаешься к обычной жизни, которая, порой, кажется слишком пресной. Но я понимала, что причина грусти совсем в другом. Понимала, но пыталась себя обмануть.

Какие отношения связывали моего хозяина и Хизер? Что произойдет сейчас? Забыл ли он её, или старая любовь напомнит о себе и заполнит сердце?

Было странно, что я больше беспокоилась об этом, чем о присутствии в Монтрозе работорговцев. Но господин Тодеу был прав — пока я в его доме, вряд ли господин Гибастиас решится выкрасть меня, каким бы ценным товаром я ему ни показалась. Если у них общее дело…

Тут мне взгрустнулось ещё больше.