Фея придёт под новый год

Пришлось оттолкнуть его, и это показалось ему очень забавным.

— Думала, что служишь у аристократов? — поддразнил он меня. — А как узнала, что мы из простолюдинов, сразу нос начала воротить? Но вот ты-то оказалась в монастыре не просто так, верно? Таких хорошеньких в монастырь отправляют только за самые страшные грехи. Наверное, совратила какого-нибудь графа? А?

— Не говорите глупостей, мастер Эйбел, — отрезала я.

— Так почему ты там оказалась? — допытывался он. — Только не ври, что ты — дочь крестьянина.

Тут я очнулась окончательно. Ладно, ты совершила оплошность, глупенькая Миэль, и потом будешь решать, как это исправить. Но сейчас один наглый юнец болтает непристойности, и это слышит ребенок. А ещё юнец оскорбляет твою семью…

— К вашему сведению, — сказала я негромко, но четко и раздельно, — в монастырях оказываются ещё и сироты, о которых некому позаботиться кроме Господа Бога.

Ужасно хотелось добавить, что несмотря на сплетни о покойной госпоже Карине, я не обвиняла матушку Эйбела в прелюбодеянии, но это было бы слишком жестоко, и я промолчала, поплотнее сжав губы, чтобы не вырвались неосторожные слова.

— Не только злюка, но ещё и гордячка, — буркнул он, но мы уже добрались до дома Десиндов, и это избавляло меня от дальнейших разговоров.

Оказавшись дома, я быстренько передала продукты и Логана на попечение Джоджо, сказав, что мне срочно нужно отправить письмо настоятельнице.

— Хорошо, бегите, — сказала служанка, любовно раскладывая на столе продукты для пудинга. — Я как раз замочу сухофрукты и просею муку.

— Может, лучше подождете меня? — спросила я с сомнением.

Совсем не хотелось, чтобы прекрасный изюм и свежайшее сливочное масло были превращены в неаппетитное месиво вроде рагу из репы.

— Э-э, не беспокойтесь, милочка, — со смехом заверила меня служанка, которая пришла в самое прекрасное расположение духа, словно запах рома, заполнивший всю кухню, и Джоджо напитал своими дурманящими парами.

Я предпочла поверить ей на слово и помчалась, как заяц, в почтовое отделение.