Чужая семья генерала драконов (СИ)

Правда, это больше походило на ласку, чем на купание, но я сделала вид, что всё так и должно быть. — Что было бы, найди я тебя ещё тогда в доме?

— Была бы бойня, — шепнула я. — Возможно, я смогла бы сбежать, а может и нет. Любой из свиты Бирна прирезал бы меня без сожаления, только за то, что я первенец ханыма. Его законная дочь. Или похитил бы, потому как ключ к землям. А может, ты убил бы нас с Руни и не стал бы разбираться, какие мы. Прирезал как щенков и скинул в общую яму с Бирном, Гасми, отцом и теми девочками и их матерями, что не пережили ночь.

— Тогда хорошо, что я пришел только сейчас, — его рука скользнула к моей груди. — Нет, убивать тебя я бы не стал. Покалеченного мальчишку — тоже сомнительно. Его бабушка упала бы передо мной на колени. Я бы в ней мать увидел. Ведьма, да и внешне есть в них нечто схожее. И отправил бы я вас на юг, даже не взглянув в твои глаза.

Тряпица упала в лохань. Но Вегарт продолжал намыливать моё тело. Только делал это уже руками.

На кухне повисла тишина. Слышно было лишь его тяжелое дыхание.

Немного расслабившись, я уже спокойнее воспринимала его прикосновения. Нет, стеснение никуда не ушло, но теперь мне хотя бы не хотелось провалиться в подпол от стыда.

Дом погружался в сон.

За окном стихала непогода. Только капли всё так же настойчиво стучали в окно, стекая кривыми дорожками. В печи трещали дрова. Прикрыв глаза, я откинулась на грудь дракона, позволяя ему мыть меня так, как ему желалось.

Глаза закрылись, и я медленно погружалась в сон. Легкий и поверхностный.

Вегарт продолжал мыть моё тело, лаская и оставляя на коже воздушные поцелуи. Так хорошо. Спокойно. Уютно и тепло.

На улице громко залаяла собака, и я мгновенно встрепенулась.

— Тихо, Грета, — шепнул мне на ухо мой дракон. — По улицам ходят воины. Охраняют наш покой. А пес твоего соседа постоянно кидается на забор и никого не подпускает. Ты очень пуглива. Расскажи, что тебя так настораживает? Что было в доме отца?

Я напряглась. Совсем не хотела ворошить прошлое. Снова окунуться в ту грязь и безнадежность.

— Ты правда хочешь знать? — выдохнула. — Для чего? Я два года пыталась забыть свое прошлое, Вегарт. Имя, лица родных. Учила себя не оборачиваться. Смотреть только вперёд. И у меня получилось. А теперь ты спрашиваешь, что было в доме Долона? Там была смерть, кровь и грязь. Насилие и безнадежность. Тебе что именно из этого интересно?

Ответом мне был нежный поцелуй в макушку. Ласковый и успокаивающий.