Его тайные желания

— Я так и не получил ответ на свой вопрос, — цедит Игорь каждое слово, явно кипя от злости. — Что происходит, Диана?

— Ничего, — насколько это вообще возможно, смело смотрю в его глаза и ударяю по рукам, держащим меня. — Отпусти!

Но он лишь прижимает меня к себе, почти схватив за грудки. Наклоняется к губам и низким шепотом, от которого в жилах леденеет кровь, произносит:

— Я похож на пацана, который будет бегать за капризной девкой?

— Так и не бегай, — смотрю ему в губы, боясь поднять взгляд. — Тебя никто не заставляет.

— Мне уже давно не двадцать, Диана. Мне нахрен не надо гадать этот сраный ребус женского переменчивого настроения. Если что-то случилось, если я чем-то тебя обидел, так и скажи. Не нужно строить из себя гребаную загадку.

Еще немного и он меня встряхнет так, что высыпятся последние мозги из-под шапки."

"Снова отчаянно дергаюсь в его руках и, наконец, высвобождаюсь. Вернее, он позволяет мне отойти на шаг, просто разжав пальцы. Глубоко дышу, чтобы не разревется. Всеми силами пытаюсь смотреть на пуговицы его пальто, на лацканы пиджака, смуглую кожу в распахнутом вороте белой рубашки.

Дергаю плечами, рвано поправляю лямки рюкзака и словно под шумок пытаюсь обойти его высокую фигуру.

Не тут-то было…

В руку снова впиваются жесткие пальцы, и в следующую секунду я оказываюсь припечатанной спиной к бетонной стене дома.

Барахтаюсь, как рыба на льду, но Игорь умело прижимает меня своим телом так, чтобы я не смогла вырваться.

Это отрезвляет. Его холодный взгляд, в котором разгорается пламя ярости, буквально пригвождает меня к месту. Руки безвольно повисают вдоль тела, а подбородок начинает дрожать словно дамба, которая вот-вот прорвется от того потока слез, что я с трудом сдерживаю.

Игорь замечает, что я близка к истерике. Его взгляд смягчается, а рука, удерживающая меня за подбородок, становится нижнее.

— Что происходит, Диана? — тихий вопрос вырывается с легким хрипом.

Вибрации его голоса растекаются теплом внизу живота, и я начинаю ненавидеть себя еще больше за очевидную слабость.

— Ничего, — выдыхаю ему в рот и оказываюсь не в силах сдержать сорвавшийся стон, когда его губы накрывают мои и целуют отнюдь не ласково.