Его строптивая малышка (СИ)

Я так перевозбудилась, что почти горю.

Но у Староверова как всегда свой план.

Черт с тобой, уверена, этот план мне понравится.

Глава 45. Мелкие штрихи

Данил выходит из меня полностью, и мой протестующий возглас вызывает у него довольный смешок.

– Тише, малышка. Все будет."

"Он слегка надавливает мне на лопатки, и я укладываю грудью на постель, открываясь для него еще больше. А через секунду чувствую язык, который исследует мои складочки и, ориентируясь на мои вздохи, очень быстро определяет тактику завоевания.

– Все, Вик. Теперь ты мне не помешаешь, моя очередь получить свое.

Помешать я уже не смогу, это верно, ни одна мышца меня не слушается. Но стоит Данилу снова нанизать меня на свой орган, словно и не было этого минутного облегчения. С каждым погружением, мое тело будто скручивает как в лихорадке, под кожей бушует растревоженный муравейник, колючие мурашки волна за волной разбегаются от того места, где мы с Данилом соединяемся.

Но как только я снова приближаюсь к разрядке и сжимаю внутренние мышцы, что усилить и без того острые ощущения, как я получаю еще один шлепок и лишаюсь члена.

– Нет уж. В целом я одобряю здоровую инициативу, но не сейчас. Я искал тебя месяц, Вика, – Староверов медленно скользит внутрь меня и, достав до донышка, продолжает: – Как я был зол. У меня месяц встал при взгляде на мотоцикл, на котором ты кончала.

И снова медленно выходит.

– И как я разозлился еще сильнее, когда все-таки нашел, только немножко не Машу.

И снова дразнящее скольжение. Лопатки уже сводит от напряжения, ноги дрожат, особенно, когда Данил черти линию пальцем по внутренней стороне бедра и поглаживает припухшие губки.

Пальцы сменяет головка, скользящая по промежности, а Данил, собрав разметавшиеся волосы в кулак, наклоняется и шепчет мне на ухо:

– Неужели ты думала, что после той горячей девчонки, я бы согласился на то, что ты мне предлагала сегодня днем?

Похныкиваю, надеясь разбудить в Даниле жалость, но где милосердие, а где Староверов?

Протолкнув в меня головку, он замирает.

– Что я хочу сейчас услышать, Вика?

– Что я дрянная девчонка? – слабым голосом уточняю я.

Данил входит еще немного глубже.

– Близко, Вика. А точнее?

– Я твоя дрянная малышка, – выдыхаю я.

– Правильно. Моя. Дрянная. Строптивая малышка.

И Староверов отпускает тормоза.

Не скажу, что я перестаю поскуливать и умолять его о снисхождении, но мне действительно все нравится.