Девчонки, я приехал!

Явился корреспондент из многотиражки — очень симпатичная девчонка, между прочим, — и готово дело!

…Вот она, статья!

В статье расхваливают его, Бориса! Пишут, как он по-новому, по-коммунистически работает. А он не работает по-коммунистически, а только и думает, как дезертировать с трудового фронта!

Хорошо Сергею Ильичу — у него всё получается, не голова, а Дом Советов, как говорится. За что ни возьмётся, раз-раз и придумает. А остальным, таким, как Боря, что делать?..

Вот что. Нужно добиться, чтоб в многотиражке написали опровержение! Борис Смирнов никакого резака не изобретал, а изобрёл его начальник конструкторского бюро! Так по крайней мере честно.

Очень вдохновлённый мыслью про свою честность, Борис взбежал по чугунной лестнице на второй этаж. В КБ вовсю кипела работа — горели все лампы, слоями висел сизый папиросный дым, играло радио, словно никто на ночь и не уходил!

— Сергей Ильич, мне нужно с вами поговорить.

— Что ты, Боря? — Начальник собирал в тубус какие-то очередные «синьки». Он был в глухом синем свитере, надетом под пиджак, в белых бурках, на голове — овчинный треух, хотя в помещении не продохнуть от дыма, да и отопление жарило на полную.

— Мне правда нужно, — повторил Борис, глядя в пол.

— Я сейчас не могу говорить, Боря. Главный инженер всех собирает. Потом, потом.

— Сергей Ильич, я так не могу! Я, наверное, не гожусь для такой работы! Аппарат вы придумали, а написали, что я! А это не я! У меня не получается ничего! Я даже не могу…

— Боря, — перебил его Сергей Ильич, — ни у кого не получается сразу.

Боря словно остолбенел. Как?! Опять задание?! Он же ещё ни с одним не справился! А с резаком так позорно провалился!

— У автоматов режима нету, чтоб нержавейку варить, — пробормотал он первое, что пришло в голову.

— Так вот я тебя и прошу прикинуть, как с этим быть, — сказал Сергей Ильич с досадой.

По дороге к главному инженеру Сергей Ильич старался думать не о работе, а о Москве, чтоб немного просветлело в голове.

Но не светлело. Кажется, температура поднимается — знобит так, что аж зубы стучат. Да и московские его дела не решены, и совсем непонятно, как именно их решать, и вряд ли они проще, чем все сегодняшние заводские проблемы.