Бездушный

— Мы сажаем цветы, — отвечаю я, стараясь не смотреть на мужчину. Он возвышается над нами. Такой весь красивый, свежий, пахнет вкусно, чистенький, а мы перепачканы.

— Цветы? — задумчиво переспрашивает.

— Да. Это гиацинты, — указываю на луковицы, — а это ирисы.

— Откуда они здесь взялись?

— Я заказала. Не переживайте, за свой счет, — уточняю. — Чек показать?

Прикусываю язык. Ведь клялась себе вообще с ним не общаться. Но не могу удержаться и язвлю. Бесит. Такой весь неприступный. А я дурочка с богатой фантазией.

— Маша.

— Тем, неси лейку, — прошу я. Пацан убегает.

— Долго еще вы будете играть в садовников? — спрашивает Роберт.

— А что?

— Через сорок минут у Артема занятия в школе развития, — сообщает он, посматривая на часы.

— А что, нам можно уже выходить? — оглядываюсь на ворота, где всегда находилась охрана, и никого там не нахожу.

— Со мной – можно.

— В каком смысле? — поднимаюсь на ноги, пытаясь смахнуть с лица упавшую прядь волос тыльной стороной ладони, чтобы не испачкать лицо, но волосы все равно падают на глаза.

— В смысле, собирайтесь, я вас отвезу. Ивана и охрану я на сегодня освободил, — сообщает он мне и сам убирает волосы с моего лица. Роберт всего лишь на секунду притрагивается кончиками пальцев к моему лицу, а по коже уже разбегается табун мурашек, и живот предательски сводит.

Ну это же невозможно так реагировать на мужчину!

Маша, соберись, тряпка!

Иначе снова будешь неделю рыдать в подушку по ночам.

Хотя пережить очень трудно, когда уже влюбилась.

Я такая гордая и молчаливая. Хожу красивая, игнорирую Роберта, а сама улавливаю каждое его движение и запах.

Но то, что творится у меня внутри, Роберту не видно. Пусть так и останется.

Отшатываюсь от мужчины.

— Хорошо, пять минут, — строго сообщаю я. Забираю у Артема лейку, поливаю цветы, беру мальчишку за руку и иду в дом собираться.

Едем мы молча.

Тема смотрит в окно, водя пальцем по стеклу. А я не знаю, куда себя деть, пытаюсь тоже смотреть в окно, в телефон, но взгляд постоянно возвращается к Роберту. В какой-то момент встречаемся с ним глазами в зеркале заднего вида. Его пронзительные синие глаза смотрят открыто, до мурашек по коже.