Без правил

Задыхаюсь, когда заполняет меня полностью. Когда наваливается и сипло выдыхает. Не больно, но его так внезапно много, а во мне так мало места.

— Смотри на меня, — Демид замирает, обхватывает крупными ладонями моё лицо, стирая большими пальцами слёзы со щёк. — Смотри только на меня, Злата, слышишь?"

"Я не могу ответить, эту функцию будто выключили. Но я слышу его, сначала словно сквозь толщу воды, потом яснее.

— Забудь о них. Не думай. Представь, что их нет. И дыши. Расслабь мышцы.

Он склоняется так низко, как только возможно, упирается на локти рядом с моей головой, почти касается переносицей моего лба.

А потом Демид чуть подаётся назад и плавно толкается. И снова. И ещё раз.

— Они заплатят. Я тебе это обещаю. За твои слёзы, за каждую секунду унижения.

А я не прекращаю смотреть. Вот так, снизу вверх, почти не моргаю. Он ведь сказал смотреть на него.

— Злата, в плане физиологии у вас всё прекрасно. Результаты обследований и заключения смежных специалистов говорят об этом, — сексолог придвинула ко мне распечатки с заключениями.

Вам нужен эмоциональный импульс, толчок. Ни лекарствами, ни стимуляторами тут не помочь. Всё в голове.

Я выхожу и выбрасываю все рекомендации прямо в мусорное ведро возле её кабинета. К чёрту.

В груди что-то происходит. Там, за рёбрами. Странное тепло расползается и как будто стекает вниз. Не прекращая плавно двигаться, Бухурин ведёт ладонью вниз по моему плечу, талии сбоку, бедру и кладёт её на колено. Чуть приподнимает его и поджимает к животу, раскрывая меня сильнее для себя.

А я вместо того, чтобы почувствовать отторжение или неприятие, ощущаю, как у меня до боли сжимаются под лифчиком соски. Странное, ошеломляющее, забытое ощущение. Кажется, у меня из груди вырывается какой-то звук, похожий на короткий стон или всхлип.

— Обхвати меня ногами, — шепчет Бахурин. — Так быстрее будет. Давай, Маркиза, помоги мне.

Однажды в нашей школе случился коллапс. Что-то в котельной, авария, а на улице стояли морозы под тридцать. Ночи хватило, чтобы в школе перемёрзли и взорвались трубы.

Нас разбросали по другим школам города, пока шли ремонтные работы. Я и Бахурин, с которым мы тогда враждовали, попали в его бывшую школу, в его класс. И однажды девочки под предводительством его сумасшедшей бывшей подхватили меня после уроков под руки и утащили на замёрзшее озеро. Избили и унизили, и кто знает, что бы ещё сотворили, если бы не появился Бахурин. Он разогнал их, помог мне подняться со льда. А потом этот лёд под моими ногами треснул.