Бей первая

А потом выглядываю из-за его плеча и выразительно смотрю на Белого. Он закатывает глаза. Я нацеливаю на него пальцы, сложенные пистолетом. Тогда он отмахивается и смотрит в зал. Ищет взглядом Рину. И идет к ней. Отлично. Перевожу взгляд на Малого. Он испуганно округляет глаза. Дурак. Смеюсь и киваю – пусть знает, что от меня ничего не утаить.

– Что ты там делаешь? – спрашивает Кир, оборачиваясь.

– Устраиваю личную жизнь наших друзей.

– Базара ноль. Продолжай.

Я снова ловлю взгляд Тохи и губами отчетливо произношу – «иди».

– Малой!

Он трясет головой и прикладывает палец к губам. Ну конечно, как будто меня можно заставить замолчать. Но наконец отлипает от стены и идет приглашать Лиду.

– Ну ты и сводница, – тихо говорит Разгильдеев.

– Я просто забочусь о вас, – смеюсь.

И концентрируюсь на своих ощущениях. Это мой первый в жизни медленный танец. И сразу – идеальный. Наверное, я это заслужила. Так ведь?

После мы идем на улицу. Бус хочет покурить, а остальные, видимо, просто сбегают от своих эмоций и от девушек, которые их вызывают.

Глава 47

Спускаюсь по лестнице и спрашиваю, будто мне нужно подтверждение:

– Мама?

– Привет, Милаша, – говорит она.

Слышу, как парни сзади замолкают и подтягиваются ко мне. Ждут.

– Ты что-то хотела?

– Да, Милаш. Я просто думала… Ты мне денег не одолжишь?

– Не одолжит, – жестко говорит Разгильдеев.

Я неодобрительно оборачиваюсь к нему. Это не ему решать. Это все-таки моя мать.

– А что такое? – спрашиваю. – Разве отец не дает?

Тут она застывает, на лице натуральная мука:

– Милаш, папа не совсем в порядке.

И тут передо мной встает дилемма. Выяснять, что с отцом не так? Или не стоит? Это должно меня беспокоить? Кто он для меня? Мужчина, который избивал всю жизнь? Или близкий человек, за которого мне нужно волноваться? Что хорошего я от него видела?

– Что значит «не в порядке»? – все же интересуюсь я.

– Инсульт, – поясняет мама. – Там на работе собрали деньги, но я боюсь, что этого не хватит.

И вдруг меня накрывает какой-то черной волной. Она никогда меня не защищала. Он бил меня и ремнем, и проводом, а иногда руками.