Академия Крылатых, или В пекло тебя, дракон!

– Джерласс! – изо всех сил крикнула я в холодное и темное небо. – Джерласс!

Но это мне показалось, что крикнула. На самом деле – едва слышно простонала.

Сил не оставалось – монетка, как на аркане, тянула меня прямиком в кенотаф. Я уже наполовину увязла в теплой студенистой субстанции, словно в гигантском холодце. Плевры во главе с Элом Куртолем, который сейчас уже совершенно не походил на вампира, жадно наблюдали за этим процессом.

Но не менее жадно смотрел на меня единственный глаз Сольрис, которая словно ожила, напряглась, готовая к броску.

Уже практически увязнув в кенотафе, из которого мне уже не суждено будет вернуться живой, я зацепилась ногой за корень сосны, торчащий прямо из земли и из последних сил прошептала.

Дриадрья Праматерь, с сим древом ты меня соедини,

Хочу почувствовать ток жизни изнутри,

Душа моя, в стволе ты схоронись!

Разречье древное, приди, слиянье свершись!

Я понятия не имела, подействует ли старое заклинание, но я всегда сражалась до последнего.

И зеленый вихрь налетел на меня. Перед глазами мелькнуло озадаченное лицо Куртоля и морды братцев-плевров.

Кулон с монетой увяз в кенотафе.

Я выдохнула – и мои ноги стали корнями, руки – ветвями, а волосы – иглами серебряной сосны. Это было старое, старое дерево, толстое, огрубевшее, с заскорузлой корой – молодым дриадам вселяться в такие запрещалось категорически.

Хватало пары минут, чтобы слиться с ним и остаться внутри навсегда.

Последнее, что я промелькнуло передо мной именно в моем сознании, не в сознании дерева – то, что небо заслонили огромные черные крылья, накрывшие собой поляну.

Красивые крылья, черные с золотом.

Еще я запомнила много огня, очень много огня, который жег все вокруг дотла. В нем пищали, корчились и извивались страшные червеобразные тени…

Затем я не помнила больше ничего.

Я навсегда забыла, кто я есть, кем была и кем могла бы стать.

Я стала старой серебристой сосной.

ГЛАВА 25. Предсказательница

– Хэлли! Хэлли! Хэлли!

Странный мужчина-дракон, зачем ты кричишь в ночи, нарушаешь мой покой и покой моих братьев и сестер?

Мы – старые сосны, любим тишину. Это место проклято старой и нечистой магией, она отравила нас. Но мы привыкли – мы древние деревья, очень древние. Мы выживем, как выживали много лет до тебя.

Мы были, есть и будем, даже, когда ты умрешь, дракон.

Зачем тогда ты кричишь?

– Хэлли, вернись ко мне.