Закон Северо-Запада

И тошнит меня не от хруста вражьих костей и не от вида мозгов на палке, перемешанных с содержимым вытекших глаз, а банально от потери собственной крови… Которой вытекло преизрядно.

С верха берца смыло густую кирпичную пыль, и он блестел, словно покрытый темным лаком. Все ясно. Кровопотеря приличная. И если это дело быстро не поправить, то можно считать, что дамп достиг своей цели. То есть победитель довольно быстро упокоится рядом с побежденными.

«Бритву» я подобрал в пяти шагах от места битвы. А за «Легионом» не пошел.

Еще в моем мире было установлено – на клинке «Бритвы» не остается ни грязи, ни крови. Любое инородное тело не задерживается на его идеально отполированной поверхности. Более того – на ней не выживает ни одна бактерия. Дохнут моментом. Хорошее свойство, не раз выручавшее меня в сложной ситуации. Думаю, и сейчас пригодится.

Расшнуровывать берц я не стал – кровь успела запечься на узлах, теперь их только резать.

Резаная рана, оставленная алебардой дампа, была не особенно глубокой, но длинной. Хорошо, что кровотечение почти остановилось, не придется жгут накладывать. А вот шить придется. Занятие весьма болезненное, но это мелочи.

Если ты берешь в руки оружие, значит, будь готов ранить и убивать.

Мой друг с характерным погонялом Японец рассказывал, что в древности самураи, готовя себя к битвам, постоянно представляли в медитациях различные способы своей смерти. А еще практиковали так называемое «матануки» – резали себя, а потом зашивали раны. Правильная практика для тех, кто собирается стать воином. Сначала порежь себя.

Мне «матануки» уже давно было без надобности. И огнестрелы пережил, и колото-резаные… Одно противно – если обезболивающего нет, уж больно мерзкое ощущение, когда через себя нитку тащишь. У других спрашивал, говорят, да нет, нормально все. Наверно, я все-таки душевно чувствительный, только тщательно это скрываю.