Цветочная империя попаданки

– Да, пушистый такой с голубыми глазами, – описала я.

– Говорят, его забыл в поместье какой-то приезжий англичанин. Кот появился здесь почти одновременно с вами. Ходит, где ему вздумается, иногда пропадает на недели, или даже месяцы. Но всё равно возвращается.

Любопытно. Я была уверена, что кот не простой. И если прежняя Белла что-то и знала, то своей служанке не поведала. Значит, нужно разбираться.

– А где сейчас кот? – спросила я, разминая затёкшие конечности.

– Кто ж его знает, Ваша Светлость.

– Никогда не замечала за ним ничего странного?

– Что же в нём странного-то? Обычный зверь, разве что через чур смышлёный, да с дурным нравом. Однажды он изодрал когтями любимые перчатки и кожаные штаны для верховой езды вдовствующей герцогини, и напрудил в сапог герцогу… с тех пор в дом его не пускают. И так едва не прибили тогда животинку.

– Не пускают? Но я видела его у себя в комнате, – удивилась я.

Паула посмотрела на меня с сочувствием:"

"– Как скажете, Ваша Светлость.

Не поверила. Решила, что у меня едет крыша.

Я натянула длинную серую хлопчатую юбку до пят, зелёную рубаху с длинными рукавами и такой же зелёный платок на голову.

– Я отведу вас, а сама пойду делать уборку на первом этаже, чтобы не заподозрили чего. В семь вечера, мясник возвращается домой с пустой повозкой. Вы можете дать ему пару монет, и он подбросит вас до города. Там и легче будет.

Перед выходом я посмотрела на себя в зеркало и поплотнее запахнула платок на шее.

– Никогда больше не позволю никому так с собой обращаться, – прошептала я одними губами.

А затем развернулась и вышла из комнаты-тюрьмы.

Смотреть на себя в зеркало было неприятно. Я была словно мумия, с которой сняли бинты.

Мы с Паулой шли, прячась в комнатушках, когда слышали чьи-то шаги. Повезло – никто не заметил.

Мы выпорхнули на задний двор.

– Вон калитка, – прошептала Паула, указывая мне на неприметную дверцу в глубине сада. – Справа большой куст, там котомка с вещами. – Удачи, Ваша Светлость.

Только я хотела пойти, как вдруг послышалось ржание лошадей. Оно приближалось.

– Ужас! – взвизгнула Паула и позеленела.