Троя. Пепел над морем

Как сказал наш ванакс Эней: бойся своих желаний, они могут сбыться. Любовь, говоришь… Ну-ну!

1 Кража свободной женщины описана в папирусе Эббота (XII в. до н.э.):

«Человек по имени Пенту забрал жену писца, сказав, что она его сестра. Когда обман раскрылся, его привязали к столбу на берегу Нила, и крокодилы разорвали его за 3 дня».

2 Шарданы — так называли сардинцев, один из «народов моря». Наемники в армии Египта из вражеских племен — обычное дело в это время. Их всех называли шарданами безотносительно их настоящего происхождения.

Глава 5

веГод 1 от основания храма. Месяц шестой, не имеющий имени. Сифнос.

Двойной удар колокола. Купцы плывут. Я взял на руки сына, который с упоением предавался древней, как мир игре «ехали, ехали в лес за орехами», и взбежал на стену. Раз, два, три… девять! А уходило восемь? Точно наши? Странно, на сигнальной башне сидят парни с такой дальнозоркостью, что никакими очками не исправить. Они еще ни разу не ошиблись. Хотя теперь и я увидел. С носа переднего корабля бронзовым зеркалом пускают солнечные зайчики, да не абы как, а специальным кодом, который мы меняем каждый рейс.

Не приведи боги, ошибется дозорный, или враги нашу хитрость разгадают. Тогда кровью умоемся.

До чего же я люблю с высоты акрополя на море смотреть. Бирюзовая гладь расстилается до самого горизонта, прерываясь лишь сероватыми облаками соседних островов. Тут, куда ни глянь, соседи видны. Вон Милос, вон Серифос, а вон там вдалеке — толстая полоса Пароса, застрявшая между морем и нежно-голубым небом.

И это все мое теперь. На новые владения пока что никто не претендует, потому как претендовать особенно некому. Ахейское войско со скоростью беременной черепахи ползет к Трое, грабя все на своем пути. Причем, как докладывает мне Кноссо, которого я пустил вслед за ними, они изрядно сбились с курса. Это весьма странно, потому как с ними плывет Одиссей, а уж он-то в Трое был. Мелкая месть? Посмотрим… Они и в каноническом варианте ошиблись километров на пятьсот к югу, уплыли в Мисию и, пока разобрались, изрядно разорили ту страну. Так почему пришло на один корабль больше? Ограбили кого-то по дороге? Я же им строго-настрого запретил разбоем заниматься.

— Господин! — услышал я робкий голос.

— Рапану? — изумился я, узрев перед собой знакомую кошачью физиономию. — Мы думали, ты погиб! Сестры за тебя поминальные жертвы принесли! Анат до сих пор в трауре ходит.

— Я к разбойникам в плен попал, царственный, — развел тот руками.