Троя. Пепел над морем

Феано зябко передернула плечами при упоминании ненавистного имени и безропотно пошла в покои царицы, где и впрямь увидела натянутую на станке ткань с цветами немыслимой красоты. Алые маки распускали свои лепестки, а капельки росы, сделанные из крошечных жемчужин, казались живыми, переливаясь нежным блеском в лучах закатного солнца. Феано ахнула. Ей даже притворяться не пришлось. Этой работе цены нет, и невысокая пухленькая Креуса лучилась законной гордостью.

— Это так прекрасно, госпожа, — выдохнула Феано, представляя себя в таком платье.

Да Эней от нее глаз не оторвет, когда увидит.

— Садись, — показала Креуса на соседний станок. — Надо хотя бы пол-локтя соткать до темноты. Негоже женщинам царского рода проводить время в праздности. Ты умеешь вязать?

— Нет, госпожа, — отчаянно покраснела Феано, зная, что все состоятельные женщины острова день-деньской стрекочут спицами, одевая свою родню в дорогущую, невероятно теплую шерсть.

— Я тебя научу, милочка! — махнула пухлой ручкой Креуса. — Возьми вон тот клубок со спицами.

Смотри! Раз петелька, два петелька…

К концу вечера Феано уже смогла сделать что-то похожее на вязанную полосу, но работу пришлось распустить. Уж слишком скверной она оказалась по сравнению с той, что выходила из рук царицы, которая болтала как сорока, в то время как ее пальцы мелькали с немыслимой быстротой, на глазах рождая пятку носка. Феано чуть сквозь землю не провалились от зависти. Ей так нипочем не суметь. Да у нее и охоты к такому занятию не было, откровенно говоря.

— Пойдем в мою купальню, — заговорщицким тоном прошептала Креуса. — Царь велел на крышу бронзовую бочку поставить, чтобы всегда вода теплая была. Сейчас прохладно, правда, так я велю доливать горячей из кувшинов.

— Царская купальня? — удивленно посмотрела на нее Феано. — Мне туда можно?

— Конечно, моя дорогая, — потянула ее за собой Креуса. — Там уже готово все.

Феано даже замерла от восторга, когда увидела это великолепие. Царица велела вытесать новый бассейн, в котором могло поместиться человек пять-шесть.

Его вырубили прямо в скальном основании, на котором стоял дворец, потом тщательно промазали какой-то смесью из извести и пепла с острова Фера, называемого иначе Санторини, а потом начисто заполировали камнем с Наксоса, доведя до зеркального блеска. Стены купальни выложили золотистым мрамором, который добывался неподалеку, на Паросе, и кусками порфира, привезенного из Угарита.

— Великие боги, — застонала Феано, погрузившись в ванну с головой.