Триггер

Мигрень продолжает терзать, мне хочется просто лечь, закрыть глаза и ни о чём не думать. Как будто из меня разом выкачали все силы.

— Хорошо, мы созвонимся с вами ближе к следующему заседанию. Пока у нас есть две недели, я запрошу те документы, которых не хватает в деле.

Евгений коротко прощается с нами и уезжает, а я только и могу, что плюхнуться на пассажирское сидение и закрыть глаза в надежде на то, что Тамара придержит свои впечатления до следующего раза. Совершенно не желаю погружаться в это заседание снова, пусть даже в воспоминаниях.

"— Тебя домой докинуть? Или скатаемся куда-нибудь выпьем, а потом такси вызовешь? — интересуется Тамара, цедя каждое слово.

Она очень зла, и видимо, ей придётся позлиться за нас двоих. Потому что я желаю выйти из этого состояния как можно скорее.

— Домой. И спасибо… обязательно встретимся на днях.

Отворачиваюсь к окну, так и не открывая глаз. Перед ними и так мелькают обрывки этого дня, и мне нужно просто прогнать их, чтобы вернуться к Насте и Илье той Катей, которая не привнесёт в их жизни новых переживаний.

— Папа, мама дома! — бросается ко мне малышка, стоит только перешагнуть порог и быстро стащить с уставших ног туфли. Одной рукой обнимаю Настю, второй шарю в сумке, чтобы достать оттуда купленный по дороге киндер-сюрприз.

— Отлично, — кричит из кухни Илья. Судя по звукам, доносящимся оттуда — моет посуду. Пока Настя увлечена шоколадкой, снимаю пиджак и бросаю сумку на банкетку в углу.

— Ну, как всё прошло? — словно бы невзначай спрашивает Илья, когда появляюсь в кухне.

— Нормально. Небо на нас не рухнуло. Потом расскажу, если ты не против.

— Не против. Есть будешь?

— Неа. Не сейчас.

Он продолжает сосредоточенно отмывать сковороду, а я подхожу и просто обнимаю Илью со спины. Прижимаясь к нему, будто желаю только одного — впитаться. Вдыхаю аромат, который мне кажется родным, чувствую, как перекатываются под кожей крепкие мышцы, что ощущается даже через слои одежды.

— Люблю тебя, — шепчу впервые эти два слова. И Илья замирает. Всего на мгновение. После чего вновь продолжает заниматься своим делом.

Сзади, осторожно, будто боялась потревожить нас, подходит Настя, и крепко обнимает в свою очередь мои ноги. И мне становится так спокойно, как не было ни разу за эти дни, даже если я пыталась уверить себя, что не переживаю.

Я действительно люблю этого ершистого мужчину, порой непонятного мне, порой — до боли родного.