Таня Гроттер и посох Волхвов

В конце концов Калиостров был все же выловлен и занял почетное место главного судьи. До сих пор от него неприятно пахло болотными газами, а на спине, незамеченная, красовалась безграмотная надпись высохшей грязью: «Абажаю симпампунчика!»

Персидский маг Тиштря шнырял глазками по сторонам, размышляя, кто мог устроить ему и Калиострову такую бяку. Сам Тиштря, хотя и не попал в болото, по странному стечению обстоятельств после произнесения Грааля оказался в одном из тибидохских подвалов, где Безглазый Ужас стенал и гремел кандалами, вспоминая дела давно минувших лет, преданья старины глубокой.

Единственным, на кого Тиштря старался не смотреть, был питекантроп Тарарах, который что-то очень мрачно сжимал и разжимал свои огромные ручищи. Силач вызывал у Тиштри смутные опасения определенного свойства.

– Любезный, не могли бы вы поставить возле нас двух циклопов? – вежливо улыбаясь, обратился он к Поклеп Поклепычу.

– Это вы из-за Тарараха? – поинтересовался завуч.

– Э-э… Не то чтобы… В какой-то мере! – ускользнул от прямого ответа Тиштря.

– Тогда я лучше поставлю троих! Если из-за Тарараха, двух может не хватить! – понимающе сказал Поклеп.

Он отошел и вскоре вернулся с тремя циклопами, которые встали между судейской трибуной и Тарарахом. Тиштря испытующе покосился на циклопов, и ему не понравилось, как они поигрывают дубинками.

– А чего они такие… и-и… неприветливые? – с беспокойством спросил он у завуча.

– Циклопы тоже болеют за сборную Тибидохса, – пожав плечами, заметил Поклеп и вернулся на преподавательскую трибуну, где в подогреваемой заклинаниями бочке плескалась Милюля.

Тиштря сглотнул, на всякий случай припоминая заклинание телепортации. Ему вдруг ужасно захотелось в Персию к своему гарему. Как там его бедные младшие женушки? Не обижает ли их опять старшая семисотлетняя жена – сильная бактрийская ведьма, которая на новолуние превращается в пантеру, а все остальные дни месяца просто змея подколодная! И зачем он тогда женился? Молодой был, глупый и так ошибся! Когда ведьмочке восемнадцать, только один Древнир знает, что получится из нее пару сотен лет спустя.

Баб-Ягун облетел защитный барьер изнутри, собрался с мыслями и решительно приступил к исполнению своих комментаторских обязанностей."

"– Итак, мамочка моя бабуся, сборная Тибидохса… Номер первый – Жора Жикин, полузащита. Магический инструмент – швабра с пропеллером.