Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

– Гафаров – единственное связующее звено, через которое мы можем выйти на остальных членов ареопага. Неужели не понятно?

– Так… – Вася оживленно потер ладошки. – Это уже интересно! То есть мы выйдем на остальных, а потом всех разом завалим?!

– Мы вообще никого не будем валить. Отвыкайте, валить – это моветон.

– А чего мы будем?

– Мы попробуем с ними договориться.

– Договориться насчет чего? – уточнил Петрушин.

– Насчет того, чтобы они отстали от нас, оставили в покое и дали нам гарантии личной безопасности.

– Ух ты… – тут даже Костя удивился. – А у нас есть что им предложить?

– Нет, у нас нет ничего такого, что могло бы их заинтересовать. Но договориться все равно можно попробовать.

– Это каким же образом?

– Во-первых, до недавнего времени они полагали, что у нас есть то, что им нужно. Пытаясь заполучить это, они потеряли одиннадцать человек. Теперь они не просто полагают, а буквально уверены в том, что у нас есть то, что им нужно. То есть убеждать их ни в чем не надо. Осталось только поставить их в такие условия, чтобы они вынуждены были сделать то, что я перечислил выше: оставили нас в покое и дали гарантии личной безопасности.

– Да, но на самом-то деле у нас нет того, что им нужно…

– Но ведь они об этом не знают!

– Не понял… – Петрушин озадаченно почесал затылок. – Вы что, собираетесь этих хлопцев «развести»?

– Да, собираюсь.

– Вот это новости… – Костя неодобрительно поджал губы. – И как вы себе все это видите?

– Элементарно. Слушайте, дети мои, и учитесь, пока папа жив…

Как и большинство рожденных нашим вождем комбинаций, план был гениален и прост.

– Итак… – первой отреагировала Лиза. – Взяли мы с них гарантии. Записали, транслировали… Наступил момент передачи диска.

– Да, момент не просто щекотливый, а прямо-таки до упора неловкий, – поддержал Костя. – Ни за что в жизни не хотел бы оказаться на вашем месте в этот момент… И что мы делаем?

– Когда будем обговаривать условия встречи, скажем, чтобы взяли своих специалистов по допросу в режиме «пси» и прихватили дядю с полиграфом, – нимало не смутившись, сообщил Иванов.