Спецы: лучшая проза о борьбе с наркомафией

 – Мужчинка, следует заметить, стоит того – это факт… Но тем не менее… Гхм… Скандал ее не остановил, невзирая на последствия, готова опять куролесить… Да, однозначно: рисковая дамочка, можно поиграть с ней в шпионов… Так… Нам туда что-то воткнуть надо?

– Да ты на детали не отвлекайся, – поправил Иванов. – Что нам надо – это не твоя забота.

– Да понятно – просто пытаюсь спрофилировать, как это выглядит и что ей потребуется делать.

– Короче, нам нужен вид изнутри. – Иванов кивнул на экран ноутбука. Я как раз листал сделанные издалека фото объекта.

– Хм… А снимать – не «спалится»?

– Вмонтировать портативную камеру в сумочку, показать, как пользоваться, отрепетировать – провести пару тренировок в аналогичных условиях… Нет, это нетрудно и относительно безопасно – при условии, что не будет досмотра. Да я же сказал: ты не зацикливайся на технических нюансах, завершайся по предрасположенности.

– Можно. – Костя уверенно кивнул. – Подача такова: Азаров сейчас на пенсии, никакими госделами не занимается, а вешает ей лапшу, чтобы уважала. На самом деле он – мафиози, крутит на этом объекте разные черные дела. Валера – из Интерпола, так что всю эту мафию очень скоро повяжут, но для полноты картинки нужно кое-что поснимать на территории объекта. Вот и все.

– А если сдаст? – усомнился Иванов.

– Если бы это был ее муж, от которого зависит благосостояние семьи, – наверняка сдала бы.

– Васю! – басом пробурчал Петрушин.

– Точно, Вася – лучший!

– Хорошо, – одобрил Иванов. – Валера, занимайся. Только я тебя прошу: очень деликатно! И внимательно проследи за реакцией на свою просьбу.

– Понял, сделаем, – пообещал Ростовский. – Разрешите удалиться?

– Да, сударь, удаляйтесь.

И Валера не мешкая отправился готовиться к романтической встрече.

Согласитесь, все-таки есть приятные моменты в оперативной работе…

Но не для всех!

– А вы, судари, бросайте жребий: кому к полуночи везти Васе камеру, а потом забирать его в три часа ночи. – Полковник вырвал из тетрадки листок, расчленил его натрое, на одном обрывке нарисовал дулю, тщательно смял все три фрагмента и принялся перемешивать, как тот стародавний наперсточник на базаре.