Разведёнка

Я собираюсь открыть тут свою фирму. Ты мне поможешь?

- Крис, ты еще не развелась, подожди...

- Не вижу смысла ждать. Влас никогда не станет судиться со мной из-за какой-то там маленькой фирмы. Ты мне поможешь? Что молчишь, брат? Или передумал меня в дело брать?

Слышно было, как он недовольно сопит, потом Игорь высказал:

- Ты же не успокоишься, правда? Не хочешь понять, что это опасно?! Не хочешь сидеть на попе ровно и тратить деньги мужа, как все бабы? Обязательно надо искать приключения на задницу!

- Я не могу просто так сидеть дома! Мне скучно, почему вы все не понимаете?!

Снова молчание, недовольство повисло в воздухе плотным комом, хоть руками его трогай.

- Хорошо, что ты хочешь? - проговорил он наконец.

- Братик! Я тебя обожаю! - взвизгнула Кристина и тут же сделала невинное лицо, потому что на нее стали оборачиваться.

- Давай пропустим эту часть, говори уже, - смирился Игорь.

И пошел деловой разговор.

Кристине на самом деле нужно было не только жилье. Ей нужно было еще оформить ООО и арендовать офис.

- И чтобы рядом был сквер и удобная парковка, - перечисляла она.

- А носки в полосочку тебе не нужно?

- Иди к черту. Не перебивай. Ну и, ясное дело, чтобы квартира была рядом...

- Слушай, Крис, - сказал он. - Это все неделю подождет? Я раньше не смогу вырваться никак.

- А зачем, братик? Не переживай, я прекрасно все сделаю сама, - оживилась Кристина, принимаясь за свой забытый шоколадный торт.

- Так. А в чем тогда заключается моя помощь тебе?

- Не мешать! - выпалила Кристина.

Слышно было, как Игорь крепился, крепился, а потом все-таки расхохотался. Но смех в трубке оборвался как-то сразу, он сказал изменившимся тоном:

- Созвонимся.

И отключился.

***

Еще когда Надеин оборвал входящий вызов резким:

- Я перезвоню.

Белый почувствовал это. Как будто невидимые жилы натянулись внутри, а зрение вдруг стало острее в разы. Отметил он и то, как изменился у Игоря взгляд. Но главное, язык тела, бл***! Пусть на мгновение, но он почуял в нем настороженность и страх. А интуиция говорила только одно!

Потом Надеин мог как угодно изображать безразличие и вальяжную расслабленность, Белый понял, что ему не сидится. И все же он сделал вид, что это его не интересует.