Разведёнка

Кажется, толпа из лифта исчезла, но кто это заметил? Потому что его руки уже были у нее под свитером, добирались до груди, выпуская на свободу. Ей бы крикнуть, оттолкнуть, но его губы не выпускали ее ни на секунду, не давали помыслить о сопротивлении.

А руки добирались ниже, гладили, проникали. У нее просто закатились глаза.

Нет спасения. Это должно было случиться.

Неизбежно.

***

В себя она пришла. У него на руках с раскинутыми ногами. Обезумевшая от ощущений, которыми он ее наполнил.

- Моё, - пробормотал Паша.

Потерся ртом о ее груди и собственнически стиснул за талию, добирая глубоким толчком остатки кайфа. Вряд ли он осознавал, что говорит это вслух. Но оба замерли, пораженные.

В этот раз все было не так, как у них обычно бывало. Словно сдвинулось что-то. И все-таки одно осталось неизменным.

- Выпусти, - стала она отталкивать его дрожащими руками.

Бл****...!!! Мужчина на мгновение зажмурился. Он же не хотел силой, хотел чтобы она сама! Думал сдержится. Бл******...!!!

И все-таки сделал это.

- Успокойся, - проговорил Белый.

Отпускать ее не хотелось, но Кристина забилась у него в руках, пряча лицо.

- Отпусти!

Нехотя выпустил. Она мгновенно оправила одежду и, не поднимая головы, кинулась жать на все кнопки. А его медленно крыло болезненным откатом. Простонал, резко провел рукой по волосам, застегнул брюки.

- Кристина! - протянул руку.

Вывернулась, лифт как раз открылся, она выбежала, не оборачиваясь. Мужчина запустил пятерню в светлые волосы, а потом кулаком в стену лифта.

В дверях робко нарисовался его телохранитель.

- Павел Анатольевич...

- Что уставился! - рыкнул Паша. - Задержите немедленно!

- Есть, - только и успел пробормотать человек и тут же что-то заговорил в гаджет.

Но Паша не дослушал, он уже размашисто шел вперед, догоняя уходившую от него женщину.

- Врешь, - привычно цедил он сквозь зубы. - От Белого не уйдешь!

И в первый раз ни в чем не был уверен. Не знал, не мог понять, что за странная чертовщина с ним творится.

***

Ну конечно! Ей не дали уйти. Гады!

Когда один из телохранителей Белого перегородил ей дорогу, Кристина готова была лопнуть от злости на себя и от обиды. Но самое гадское, что этот человек видел ее слезы. Хотя, что ей до него?! Плевать!

Набычилась и прошипела:

- Дайте пройти!

Человек миролюбиво вскинул руки. Заговорил так, будто успокаивал ребенка:

- Погодите, Кристина Викторовна, остановитесь. Пожалуйста. Прошу вас.

Вежливость, просительные нотки.