Опекун. Она не для меня

Надо ехать домой, Артему я сейчас ничем не помогу, Демина охраняют, до утра и без меня доживет, а мне отдохнуть пора, стоило сделать пару шагов вспомнил, что номер-то свой я эскулапу не оставил, к чертям такой режим, совсем башка уже не варит, развернулся и пошел в сторону здания.

Минул пару лестничных пролетов и остановился, со стороны доносились голоса, кто-то из медперсонала отчитывал незадачливого пациента и мне бы идти дальше по своим дела, но что-то заставило меня остановиться и прислушаться.

— Инга, горе ты наше, ну сколько можно повторять одно и тоже, нельзя тебе шастать по коридорам, мне тебя на цепь что ли посадить? — сетовал голос, — я с тобой поседею, а ну быстро в палату.

Черт меня дернул пойти и взглянуть на происходящее, какого хрена я вообще делаю? Отыскать источник шума было не сложно, посреди коридора пожилая медсестра отчитывала девушку. Маленькую, тоненькую, ветром сдует, стоит окна открыть. Единственное, что бросалось в глаза — густые, темные волосы. Скользнул взглядом по незнакомке, рука загипсована, на ногах порезы.

Хотя, учитывая ее внешний вид, не удивлюсь, если родителям вообще до нее дела нет, кто их знает, столько алкоголиков детей плодят, может ее состояние их рук дело. Пока я находился в раздумьях медсестра уже успела подхватить девчонку под локоток и направиться в сторону палаты. Сам своих действий не понимал, но зачем-то последовал вслед за ними.

Медсестра появилась в коридоре спустя несколько минут, недолго думая перегородил ей путь, вынудив остановиться.

— Вы что-то хотели? — недовольно спросила она, упираясь руками в бока.

— Да, — кивнул, — я бы хотел поговорить с врачом девушки, которую вы только что проводили в палату.

Медсестра удивленно выгнула бровь и подозрительно спросила:

— А Вам какое, собственно, до нее дело?

Никакого, блядь, совершенно никакого мне до нее нет дела, но я какого-то хрена до сих пор топчусь в коридоре этой чертовой больницы из-за малознакомой, точнее совсем незнакомой девицы. Объясняться с медсестрой у меня не было ни малейшего желания, а потому вынул из внутреннего кармана пальто чертов бумажник, достал из него купюру и протянул ее женщине.