Невинная для палача

Пальцы мужчины перестают терзать меня, он сам отстраняется.

Валид переворачивает меня на живот, отвешивает шлепок по моей попке. Я дёргаюсь, пока жаркие потоки расползаются дальше. Ягодицы немного саднит, но я кусаю губу, чтобы не застонать.

Потому что приятно.

Не сам удар, а как потом Валид проводит ладонью. Поглаживает мои полушария, пристраивается. И резким толчком заполняет меня до конца. Сжимаюсь, ещё сильнее ощущаю его размер.

Всё ещё кажется слишком большим для меня. Заполняет, растягивает.

Это когда-то закончится?

– Так сладко стонешь, конфетка, – не прекращает говорить.

– Нет.

– Нет?

Я не вижу, но знаю, что Валид приподнимает брови. Намеренно замедляется, испытывая меня. А я не могу терпеть. Между ног всё пылает, пузырьки возбуждения лопаются в крови.

– Не смей мне лгать, Александра. Я хочу слышать, как ты кайфуешь. Как маленькая хорошая девочка течёт на мой хуй. Просит его. Или мне остановиться?

– Нет! – вскрикиваю, чувствуя, как Валид начинает отстраняться.

– И ты этого мудака хочешь, разве нет?

– Хочу, чтоб тебя! Да, хочу!

Крик разрывает голосовые связки. Мужчина проталкивает ладонь между моим телом и постелем, находит клитор. Поглаживает его, усиливая наслаждением.

Все границы между нами стираются, я полностью открыта для него. Телом, душой, разумом. Рядом с Палачом невозможно хранить секреты.

Палач.

Искусный мучитель.

Пытает меня своей лаской, которой недостаточно. Трогает меня, наверняка оставляя следы.

Быстро, жёстко.

Идеально.

Я едва могу вспомнить, почему так злилась.

– Если ты вздумаешь ещё раз провернуть такое, – хриплю, цепляясь за подушку. – Хоть подумаешь о другой… Больше ничего не будет.

– Если снова подумаешь сбежать от меня… – толкается так резко, что я кричу. Сжимает мои волосы в кулаке, шепчет на ухо. – Выебу так, что тебе не понравится. Ты моя. И пока я не разрешу – хуй ты от меня куда денешься.

– А когда? Когда разрешишь?

– А ты ещё не поняла, лапуль?

Нет.

Да?

Да!

Я чувствую, как мышцы скручивает подступающим оргазмом. Перед глазами мерцают разноцветные блики, дыхание перехватывает. Я почти…

Всё прекращается резко.

Касания исчезают, толчки становятся медленными.

Валид специально тормозит.

– Рано улетать, сладкая. Я ещё с тобой не закончил.

– Ты не можешь, – всхлипываю. Не знаю, сколько ещё выдержу. – Ты… Ты должен был извиняться!

– Да? Ты тоже мне задолжала, зай.