Ненужная истинная дракона. Хозяйка Солнечного поместья

Не то, чтобы я не хотел это делать: с этой упрямицы станется действительно самой всем заняться, да еще и при помощи магии.

Но я никак не могу этого позволить: прошло слишком мало времени с того момента, как я подпитался ее силой. Если она сейчас перерасходует магию, то может вообще выгореть. Конечно, мне должно быть все равно, но… Бездна! Да, мне не плевать на это.

Каждый раз, когда я смотрю на нее, понимаю, что не хочу отводить глаз. И дело не в том, что она будто преобразилась с той ночи. Сколько ни пытался себя убеждать, что восстановление — это просто необходимость, я никогда не мог относиться к этому как к необходимости.

А тут еще Ринг подзуживает постоянно, подкидывая периодически образ девчонки. Особенно тот, когда она возмущалась в одной сорочке в моем кабинете. Пожалуй, я бы провел с Адалией еще ночь.

— Не ври себе, — вклинивается Ринг. — Одной бы ты точно не ограничился.

Отмахиваюсь от этой занозы в заднице и присоединяюсь к Варду.

— Почему ты не вернулся? — спрашиваю его, пока мы устанавливаем столбы-опоры.

Вард мрачнеет и делает вид, что пропускает вопрос мимо ушей. Теперь я верю, что он мог казаться глухонемым.

— Мы тебя ждали, — продолжаю давить я. — Все.

— Не сомневаюсь, что совет тоже, — усмехается он. — Потерять носителя одного из даров, как это случилось с пятью из драконьих родов до этого. Так и влияние можно потерять, да?

— Ты о чем, Вард? Я сейчас о нас, —  останавливаю его, когда он с силой бьет по столбу кувалдой.

— И все бы так и осталось, если бы не потребовалась помощь Адалии, — говорит он, высвобождая руку и снова с силой ударяя по деревянному столбику.

— Это все-таки ты посадил драконово дерево?

Не знаю почему, но эта мысль с самого начала не дает мне покоя, хоть Вард и сказал, что это не он. Хотя вру… Знаю почему. Мысль о том, что кто-то, кроме меня, может претендовать на Адалию, вызывает во мне волну раздражения и неприятия.

И вовсе не в тот, что в столице. В Сиртанию, где среди скалистых уступов на многие километры не будет никого, кто мог бы претендовать на Адалию.

Самое ужасное, что это не чувства Ринга, которые он последнее время очень хорошо прячет. Это мои собственные ощущения, которые соседствуют с любопытством.

— Это не я, — отвечает Вард.