На милость победителя

– Нет, – мотнул башкой Демьяновский, понимая, что вслед за веселой буквой «Е» к Агафонову прилетят всевозможные проверки. – По улице шел, споткнулся, упал, – скривился он, баюкая руку.

Он попытался встать, но в глазах снова потемнело.

– Хватит подвигов на сегодня, – предупредил его Макаров. – Сейчас поедем тихонечко. Башку полечим. Ложись на каталочку, Ромашка.

Никто и никогда не звал Романа Демьяновского Ромашкой. Демоном, Ромычем и даже Ромуальдо. Но вот Ромашкой никогда… Он всмотрелся в лицо  нового знакомого и собрался спросить, чем заслужил цветочное прозвище.

– Не боись, Дема, я – брат Мишиной жены.

– Евы или Нины? – сдуру поинтересовался Демьяновский и внезапно подумал, что добрый доктор может обидеться.

– Еве – брат, Нине – муж, – хмыкнул он и добавил: – Илья Макаров меня зовут. – И тут же глянул на входную дверь, куда влетели Агафонов и Ева.

– Ну как ты, бро? – прошептал Михаил, пожимая холодную Ромкину ладонь.

– Доктор сказал, что будем голову лечить, – хмыкнул радостно Дема.

«Все хорошо, – подумал успокаиваясь. – Ага жив и здоров».

– Вы тут с ним постойте, – велел сестре и ее мужу Макаров. – А я сейчас документы подпишу, и поедем.

– Вас быстро на ноги поставят, – пролепетала Ева. – Спасибо вам, что спасли нас с Мишей, – добавила запинаясь.

– Это мне ответочка прилетела, – слабо улыбнулся Демьяновский.

– Только Зака не кусай, пожалуйста, – хмыкнул Агафонов. – Он не поймет и цапнет от души…

– Мне Таня  недавно призналась, – прошептал Роман. – Я бы ни за что не позволил усыпить твоего пса.

– Я так и понял, – успокаивающе заверил Агафонов. – Ты, главное, лежи спокойно. Я Таньке позвонил, а она сказала, что приехать не сможет.

– Она за сырьем в Италию едет. Никому не доверяет, – хмыкнул Демьяновский.

– Зануда, – смеясь согласился Агафонов. – Так что ты полностью под моим контролем. Будешь баловаться, попрошу тестя клизму прописать, – хохотнул он.

Уже многим позже, проваливаясь в сон от уколов и капельниц, Роман попробовал лечь поудобней. И примостив больную руку, задремал.

– Даже не знаю, как благодарить твоего друга, – услышал он звонкий голос Евдокии. – Он спас нас, Мишечка, – всхлипнула она. – Я так испугалась… Папа его быстро поднимет на ноги.