Мои. Спор на счастье

Он видел, как Фрося закрыла рот, так ничего и не сказав. Приглушенно ругаясь матом, Тихон перелез в багажное отделение, нажал на кнопку, вылез на улицу и со всей дури хлопнул дверцей, оставив Рыжика в теплом салоне.

Глава 4

Фрося вздрогнула от громкого хлопка. Тут же прижала ладони к лицу.

Что происходит? Что это было? Что?

Мысли путались, образуя кашу. Даже, наверное, кисель. И губы все еще горели от поцелуя. Все лицо покалывало, что уж!

Ее поцеловал Тиша Ирбис! Обалдеть... Вот это номер!

Фрося округлила глаза от удивления.

Немыслимые вещи творятся, ей-Богу! Уму непостижимые! Нереальные какие-то!

Но все происходило на самом деле, а не в девчачьих мечтах Фроси Виткинчук.

– И что же делать? – пробормотала девушка, так и не отнимая ладоней от полыхающих щек.

Фрося знала ответ. Главное: не поддаваться обаянию Ирбиса. Ни при каких обстоятельствах не уступать ему. Потому что...

Потому что Фрося знала причину. Видела, как бегают за Тихоном брошенные им девушки.

А Фрося не хотела быть одной из них. Не желала присоединиться к длинной веренице трофеев Тихона. Ей было плевать на сплетни и пересуды, но не было плевать на себя. Она ведь потом, после, не сможет собрать свое сердце из осколков. Она совсем не такая. Она слабачка. А значит, нужно просто держаться от Тихона подальше. В конце концов, она знает его с детства.

* * *

Тихон хмуро смотрел на то, как охрана отца откапывает его машину. Вот-вот уже должна подъехать техника, чтобы выдернуть джип из сугроба.

Разумеется, никто не выдал Ирбису свободную лопату для снега. А потому приходилось просто стоять и беситься.

– Ты чего такой, брат? – Ильнур появился неожиданно, Тихон его не видел. Впрочем, неудивительно, в такой метели ни черта не видать.

– Не трогай его, Иль, иначе цапнет, – хмыкнул отец.

– Привет, дядь Демид, – кивнул Тахиров и пожал руку сначала дядьке, а после все же подошел к двоюродному брату, – Слышь, чувак, какая муха укусила?

Тихон по-братски обнял Иля в ответ, тряхнул головой.

– Сможешь узнать, кто трется рядом с Рыжиком? – спросил Ирбис.

Демид Георгиевич усмехнулся, сокрушенно покачал головой. Тихон понимал, что ведет себя как мелкий пацан. Но слова Фроси ядом разъедали его выдержку.