Музейный артефакт

Толстячок нажал кнопку, раздался резкий треск, за темным стеклом сверкнула молния, аппарат загудел, но тут же смолк. На табло по-прежнему горели зеленым электронные нули, как бездонные глаза без зрачков.

– Странно! – Козицын нахмурился и нажал кнопку вторично. Снова раздался треск, вновь за темным стеклом сверкнула лазерная молния. Но на этот раз машина вообще не включилась. Зеленые глаза, наполненные пустотой бесконечности, смотрели холодно и презрительно.

– Материал не поддается лазерному лучу! – изумленно воскликнул профессор.

Он нажал кнопку в третий раз. Снова треск, блеск луча, машина загудела, нули на табло сменились мельканием цифр.

– Ну вот, это другое дело, – профессор расслабился.

Треск и сверкание повторились. Гудение продолжилось. Через некоторое время из узкой щели выползла испещренная какими-то знаками бумажная лента. Козицын схватил ее, внимательно всмотрелся, довольно кивнул.

– Вот все и стало ясно. Объект относится к первым векам нашей эры.

– Что значит «не идентифицирован»? – спросил Иван. Полученная информация еще не улеглась в его голове и торчала угловатой кучей, как только что сваленные самосвалом кирпичи.

– Значит, материал не включен в каталог известных минералов, – пояснил Козицын. Но это мало прояснило ситуацию.

– Известных кому?!

– Всем. Физикам, химикам, кристаллографам, геологам… Решительно всем!

– То есть…

– То есть, этот камень неизвестен на Земле, – лучезарно улыбаясь, ответил профессор.

– Но как такое возможно?!

– Очень просто. Метеорит… Или какая-то редкая порода из земных недр… Или застывшая магма подводного вулкана…

– А откуда в первом веке взялся титан?!

Козицын развел руками.

– Это вопрос к историкам. Я только фиксирую факты. А факты таковы!

Он поднял крышку и вернул перстень. Тот был холоден, как лед.

– Спасибо, профессор! – поблагодарил Трофимов.

– Пожалуйста! – толстячок встряхнул ему руку. – Что мог… Сомову привет!

Иван медленно спустился по лестнице, вышел на улицу.

– Убедился, милок? – кто-то сзади подергал его за рубашку.

Трофимов резко обернулся. Это была согбенная старушка, продающая семечки на углу.

– Что? – переспросил он.