Леди Каладана

После того как Лето покинул императорское крыло дворца, она написала отчет и по секретному каналу отправила его в серебряную Иглу, где его должны были тотчас же передать лично ур-директору КАНИКТ Малине Ару.

* * *Я слышу твои аргументы и оправдания, но они бледнеют в сравнении со спором голосов, бушующим в моем разуме.

Верховная Мать Харишка; замечания по поводу заседания совета Бинэ ГессеритЛезия продолжала переходить от бодрствования к беспамятству, но Верховная Мать уже не считала ее полезной. Джессику надежно заперли в карцере, так как она оказалась неуправляемой и представляла потенциальную опасность для ордена – если, конечно, поверить тому, что наговорила старуха.

Харишка решительно шла по обширному двору к перестроенному и заново украшенному зданию Капитула, обновленного на деньги, пожертвованные Домом Тулла. Как Верховная Мать, она сознавала, что следует лучше сдерживать эмоции, но страсти кипели и снедали ее, как лихорадка. Она задержалась на пороге, стараясь обрести безмятежность духа и наблюдая за белым паром своего дыхания в холодном зимнем воздухе.

Первый этаж Капитула был достаточно обширен, чтобы вместить всех сестер ордена, но чаще всего Харишка собирала здесь небольшой круг своих советниц, для чего использовала скромную круглую комнату на верхнем этаже – безопасно и в более приватной обстановке. Харишке сейчас требовались советы Рутин и Корданы – двух Преподобных Матерей, чьи мнения всегда противоречили друг другу, но из этого столкновения рождалась истина.

"Она поднялась на верхний этаж, прошла через анфиладу маленьких залов и оказалась в зале совета. В металлическом камине жарко горел огонь, освещая тусклым оранжевым светом скромно обставленную комнату. Широкие треугольные слуховые окна пропускали усиленный дополнительными лампами неяркий свет слабого солнца Уаллаха IX.

Помещение оснастили сложной следящей системой, что позволяло участницам совещаний одновременно видеть, что происходило в комплексе Школы Матерей. Когда Харишка вошла, на одном из экранов виднелись трое молодых мужчин, убирающих Зал Собраний. Более важный монитор показывал, что творилось в медицинском отсеке – Лезия лежала с закрытыми глазами на обмякшем лице, похожая на изваянную из костей и морщин скульптуру.

Харишка заперла дверь.