Леди Каладана

Гвардейцы-сардаукары стояли у входа в императорские покои, и свита Атрейдеса выстроилась в холле, ожидая, когда Лето закончит представления. Сопровождающим пришлось остаться в холле, а вице-канцлер по галерее провел герцога в высокий игровой зал.

Фенринг и Шаддам сидели за пультами, установленными на круглом столе. В воздухе мелькали голографические шары, которые следовало поражать выстрелами. Снаряды оставляли радужные следы. Эти двое играли в игру, улыбались и, видимо, радовались, как дети. Фенринг выигрывал.

Шаддам лукаво улыбнулся и тоже оторвался от пульта.

– Ты снова дал мне выиграть, Хасимир.

– Я же не глупец, сир.

Фенринг выключил пульт.

– Ах-х-х, герцог Лето, мы ждали вас. Я уже рассказал Шаддаму о наших планах о передаче вам владений Дома Лондинов.

Шаддам взглянул на Лето с некоторым сомнением.

– Хасимир говорит, что вы – наша надежда, что только вы сможете решить проблему с Радживом Лондином.

Лето внутренне похолодел, понимая, что сейчас ответит, но он принял решение и отступать не собирался.

– Сир, вы, возможно, помните, что много лет назад я испытывал весьма противоречивые чувства в отношении способа, каким Дом Атрейдесов получил владения Дома Колона.

Шаддам недовольно нахмурился.

– Наверное, вы пожалели, что отказались от такого богатства и влияния.

Лето поднял на Шаддама серые глаза.

– Совсем напротив, я вполне удовлетворен тем, что тогда сделал. Это был единственный способ сохранить мою честь.

– Но ведь вы могли бы обладать намного большими сокровищами, разве не так, хм-м-м? – произнес Фенринг."

"– Это не единственное мерило человеческого достоинства, – ответил Лето. – Я вполне могу допустить, что владения Лондинов станут великолепной жемчужиной в моем семейном достоянии и прекрасным наследством для моего сына, будущего герцога.