Крымский оборотень

Почему обратно в сарай? Что с ним собираются делать дальше? Почему офицер не ответил на последние вопросы Никиты и даже не взглянул в его сторону? Все было неясно, тревожно, томило душу…

В сарае находились несколько человек из числа арестованных ночью.

– Ну, как? – стали они задавать вопросы Никите. – Ну, что?

Филиппов ничего не пожелал отвечать и лишь удрученно махнул рукой. Да и что он мог ответить? Рассказать о том, что он предложил немцам свое сотрудничество? Так ведь о таком не говорят…

Никто его не трогал до самого вечера.

– Ты! – посветили они в лицо Никите. – Вставай и следуй за нами!

– Куда? – испуганно спросил тот.

– Туда, куда заслужил! – хмыкнул один из полицаев. – Пошевеливайся!

Его отвели в какое-то здание неподалеку от сарая – не в то, в котором он разговаривал с офицером, а в другое, провели по почти непроницаемо темному коридору и затолкнули в какое-то помещение.

– Покурите за дверью, – по-русски сказал человек полицаям и взглянул на Никиту: – А ты присаживайся рядом. Побеседуем…

Филиппов осторожно опустился на краешек дивана. Какое-то время человек смотрел на Никиту и ничего не говорил.

– Значит, желаешь потрудиться на благо великой Германии? – произнес, наконец, мужчина, и в его голосе ощущалась то ли холодная ирония, то ли презрение.

– Так ведь… – нерешительно развел руками Никита. – Получается, что так.

– Ну-ну, – сказал мужчина и хмыкнул: – Труженик и стахановец…

– Вы что же, русский? – не удержался от вопроса Никита.

– Будешь звать меня Белый, – сказал мужчина, не отвечая напрямую на вопрос. – А тебе придумаем имечко чуть позже.

– Да, – кивнул Никита. После таких слов собеседника он слегка приободрился, так как понял, что расстреливать его не будут. Наоборот, речь шла о его сотрудничестве с немцами. Похоже, дело было на мази.

– Я же буду выдавать тебе зарплату, – сказал мужчина.

– Какую зарплату? – не понял Никита.

– Немецкую, – усмехнулся Белый.