Дочка и отец-одиночка

И они, - он кивает куда-то в сторону окон, имея ввиду «органы», - будут очень рады твоим находкам. Это им в дело отлично ляжет. Передай им всё.

Мысль о том, что эти бумаги уйдут к другим, а Полину в любом случае втянут в эту мясорубку, заставляет меня резко выдохнуть.

- Макс, подожди. Дай мне неделю. Я сам все проверю относительно Царапкиной.

Начальник смотрит на меня с немым вопросом. Он меня почти не знает и, возможно, не доверяет.

- У тебя свой интерес в этом? - его взгляд становится пристальным, изучающим.

- Нет, - вру, не моргнув глазом. - Просто хочу сам разобраться. Чтобы потом не было мучительно больно, если я её… если я ошибся.

Марьянин молча созерцает меня секунд десять. Кажется, он читает все мои мысли, включая те, что про поцелуй в лифте.

- Ладно, - наконец соглашается он. - Неделя. Но чтобы к следующим выходным у тебя был внятный результат. И, Кирилл… - Макс делает паузу. - Будь осторожен. Если Нелюбин и вправду замешан в этом, он будет выкручиваться. И твоя Царапкина - самый простой способ отмазаться.

Встаю. Киваю.

- Понял. Спасибо, Макс.

Выхожу из кабинета, и по спине бегут мурашки. Он прав. Виталик крыса, а крысы, спасаясь, грызут всех подряд, и Полина для него всего лишь разменная монета, расходный материал.

Возвращаюсь в кабинет оперов и смотрю на телефон, на сообщение от Полины. Неужели она так любит этого Нелюбина, что искренне верит ему и защищает? И меня, черт возьми, бесит не ее возможная причастность, а наивность.

Беру телефон. Набираю ответ на прошлое сообщение:

«Твой жених мошенник и скоро сядет. У тебя есть ровно неделя, чтобы выбрать сторону. Или ты с ним, или.... Решай, Царапкина.»

Отправляю. Откладываю телефон. Закрываю глаза.

Черт. Черт! Теперь надо все это разрулить.

Сижу, уставившись в монитор, пытаясь выстроить в голове хоть какой-то план. Мысли путаются, упрямо возвращаясь к лицу Полины, то надменному, то испуганному.

Черт возьми, Царапкина, ну почему ты такая дура-то?

Дверь открывается и в кабинет вваливается Лихачев. Смотрит на меня как-то странно.

- Ты чего? - хмурюсь я

- Помощь нужна? - его голос звенит от желания поработать. - Я так понял, ты под Нелюбина копаешь?

Я тяжко вздыхаю, не отдел полиции, а коммуналка какая-то. Все про всех все знают. Но, собственно, почему бы и нет? Один я разгребать это буду долго, а Матвей хоть и молодой, но азартный и дерзкий.