Сердце дракона. Том 17

Кстати, что удивительно, оружия у Артеуса Хаджар так и не заметил.

– Прошу прощения, Аль’Машухсан, – чуть склонил голову юноша. – мы получили ваше донесение и… не будете ли вы против, если я заберу наших дорогих гостей?

Пустынник поклонился едва ли не в пояс. Причем искренне, а не из-за буквы закона о гостеприимства. Чувствовались глубокое уважение и симпатия к юноше.

– Конечно, молодой господин.

– Замечательно! – улыбнулся юноша.

Высокий, стройный, он не выглядел воином. В своих простых, но добротных одеждах и с несколькими кольцами на пальцах, с длинными волосами, собранными в пучок, нежной кожей, не тронутой лучами солнца.

Не надо было быть гением, чтобы догадаться, что Артеус Лецкет принадлежал числу ученых. И, может, тот факт, что Хаджар не наблюдал у него оружия, говорил о том, что это был тот редкий случай, когда на пике Пути Развития он повстречал мага.

Их здесь водилось даже куда меньше, чем лучников. Слишком сложно; требуется огромное количество ресурсов и, чего греха таить, весьма острый и быстрый разум.

К примеру – Хаджар бы никогда не смог стать магом. И он трезво понимал, что дело вовсе не в ограниченном доступе к ресурсам…

Артеус подошел к дилижансу и протянул ладонь. Лэтэя благодарно приняла галантную помощь и, сойдя с козлов, на мгновение крепко обняла юношу. После чего тот повернулся к спрыгнувшему на землю Хаджару. Кто бы знал, насколько последний был рад оказаться на твердой земле, стоя на своих собственных ногах.

Терпеть не мог транспорт…

– Мастер Ветер Северных Долин, – так же искренне, как недавно Аль’Машухсан, поклонился Артеус. – для меня честь с вами встретиться. Без ложной скромности смею заверить, что слышал все песни и баллады о ваших странствиях.

– И большую часть написал сам, – прыснула в ладонь Лэтэя.

Глаза Хаджара чуть расширились от удивления.

Неужели он настолько промахнулся в своих догадках.

– Ты бард?

Глава 1538

Ответом стала немного печальная, но душевная улыбка на лице Артеуса.

Он был красив. Неестественно красив. Настолько, что в памяти Хаджара на мгновение всплыло лицо другого волшебника – с разноцветными глазами и глупой банданой.