Камень. Книга 10

Братья-итальянцы успокоились лишь внешне, и я, улучив момент, пригласил их «полюбоваться ночным прибоем».

— Господа Медичи! — разглядывал я двух напряженных братьев, старательно отводивших от меня глаза. — А чего это вы такие… не такие? Вы же не собираетесь так себя вести и дальше?

— Как вести? — пробурчал Умберто.

— Как будто чего-то опасаетесь, — хмыкнул я. — Или у вас есть основания чего-то опасаться? Так вы не держите в себе, поделитесь со мной — вдруг легче станет?

— У нас все хорошо, — опять буркнул Умберто.

— Спасибо за заботу, Алексей.

— Джузеппе, — я повернулся к младшему итальянцу, — ты тоже считаешь, что у вас все хорошо?

— Да, Алекс, — кивнул тот. — Просто на родине были кое-какие проблемы, вот мы и…

Ну, раз уж случилась такая оказия, надо пользоваться:

— Не в Генуе ли? — «озаботился» я. — Где склады в порту сгорели? А какие-то злые дяденьки, по слухам, до этого нанесли визит вежливости добропорядочному семейству Берлускони? Так, насколько я слышал, из Берлускони никто не пострадал, да и при пожаре жертв не было.

Джузи на это криво улыбнулся:

— Насколько слышал уже я, князь Берлускони действительно перешел дорогу очень серьезным людям, но вину свою полностью осознал, клятвенно обещал встать на путь исправления и в качестве извинений уже отправил энную сумму на счет, который ему указали… злые визитеры.

— А как же покровители рода Берлускони из Ватикана? — осклабился я. — Неужели господин Сфорца оставит этот инцидент без последствий?

Джузи кинул растерянный взгляд на старшего брата и, немного подумав, все-таки ответил:

— Алекс, ты же знаешь, что Ватикан, управляемый на данный момент господином Сфорца, является отдельным, независимым государством.

— Было видно, что Джузеппе очень тщательно подбирает слова. — И род Медичи имеет к Ватикану лишь опосредованное территориальное отношение и не может указывать господину Сфорца, как тому поступать в той или иной ситуации…

— А господин Сфорца может указывать роду Медичи? — продолжал «скалиться» я.

— Друзья мои, роду Романовых очень бы не хотелось, чтобы вы принимали участие в любых забавах понтифика. Надеюсь, я доступно изложил свою мысль?

Оба итальянца самым натуральным образом набычились, но промолчали.

— Так доступно или нет?

— Доступно… — продолжили «бычить» они.

— Очень рад это слышать. Друзья, а чего вы нахмурились? — Я театрально взмахнул руками.