Халид его пленница

Хотя, если Халид действительно позволит навестить Яна, то я вряд ли буду в состоянии хоть для каких-то разговоров. Но послушно иду в кафе, падая за свободный столик."

"Листаю меню, поглядывая в сторону аттракционов. Мне жутко интересно, как мужчина будет справляться с Янаром. Который ничуть не уступает ему в упрямстве. И если чего-то не захочет…

– Здесь занято, - бросаю мимолетом, когда кто-то занимает стул напротив.

– Я знаю, деточка.

Поднимаю взгляд, цепенея. Во все глаза рассматриваю Арабину.

Ту самую, что помогла мне сбежать несколько лет назад.

– Что ты здесь делаешь? Охрана Халида увидит и…

Не понимаю, кого защищаю больше. Мужчину или Арабину. Или себя саму. Потому что женщина не так проста, как может кому-то показаться. Держит лучшее эскорт-агентство.

А ещё половину депутатов под колпаком. Знают же, что девочки Арабины настучат при первой просьбе. И заказывают всё равно. Ну а вдруг пронесёт. Дегенераты.

– Арабина, уходи сейчас же.

– Не переживай, меня твой благоверный не тронет. Хотя я надеялась, что называть тебя овечкой – просто шутка.

– Грабли мои же.

Огрызаюсь, скрещивая руки на груди. Защищаюсь, как могу. Потому что ни Халид, ни его охрана не спешат. А Арабина… Она помогала мне столько лет, поддерживала.

Не стала семьей, конечно, но я была обязана женщине слишком многим, чтобы просто закрыть на это глаза. Она вытащила меня тогда, помогла Яну организовать побег и новые паспорта.

Но сейчас… Сейчас Арабина словно напоминание о том, что и как было.

– Твои. Но я не хочу, чтобы он сделал тебе больно. Я готова увезти тебя прямо сейчас. Если ты захочешь, а не выберешь увядать в мире криминала.

– Ты… Арабина, ты правда думаешь, что кто-то позволит мне просто забрать Янара и уехать?

– Позволит. Не просто, но я смогу это организовать. Мне жаль, но это не просто счастливая семейная прогулка. Твой Халид собирается в политику, ему сейчас нужно как можно меньше шумихи.

– Халид и политика?

Да он на первом заседании пошлет кого-то. И журналистов, и других депутатов. Не в его характере прогибаться, а это придётся делать. Постоянно. Нет, шутки лучше я давно не слушала.

– Разве ты не говорила, что твой баран против детей?

– Почему баран-то?

– Ну ты ведь овечка, Ада. Лелеешь свои чувства, хранишь. Блеешь перед ним, теряя старый настрой. Халид сделал тебе больно, похитил, а ты простила.