Есенин: Обещая встречу впереди

Едет, едет милая,

Только не любимая…

* * *

7 июля Есенин и Софья отправились — по вольной программе — на прогулку: в Госиздат забежать, где продолжало готовиться собрание сочинений Есенина, которое никак невозможно было собрать воедино; Берзинь навестить, потом Эрлиха забрать, — ну и в ресторан, а куда же?

В Госиздате Евдокимов говорит:

— Ну, Серёж, ну, посмотри — это ж не пойми что, а не собрание: обрывки, вырезки, клочки — как мы будем это издавать?

Есенин, улыбаясь в своей манере — и смущённо, и чуть лукаво, — поперебирал листочки и отвечает:

— Давай потом, Евдокимыч? Обязательно всё сделаю, но… потом.

Он всё время спешил куда-то. Ему всё время казалось, что в новом месте будет интереснее, чем в прежнем.

В квартире Берзинь застали писателя Юрия Либединского и общую знакомую по имени Като — прелестную юную армянку, за которой Есенин как-то, на очередном жизненном вираже, приударил, но не нагнал.

Като спала.

Софья о чём-то говорила с Аней, Сергей — с Либединским, причём громко.

Есенину шепнули: может, выйдем на кухню, а то Като разбудим.

Вместо этого Есенин, подмигнув всем — смотрите, как забавно будет, — подошёл на цыпочках к постели, поцеловал Като в губы, вернулся к портьере, у которой все стояли, и как ни в чём не бывало продолжил разговор.

Като поднялась и, чуть румяная от волнения, посмотрела по сторонам: кто это сделал? Её только что поцеловали?..

Но почему все спокойно разговаривают?

Есенину было весело.

Быть может, Либединский тоже чуть-чуть развеселился. Но остальные?.

Спустя какое-то время Есенин и Софья ушли.

Едва выйдя на улицу, рассорились в дым: долго кричали друг на друга, едва не подрались.

Кажется, даже не из-за сцены с Като.

Толстая вернулась домой, Есенин — отправился дальше, шёпотом ругаясь самыми последними словами.

Но, конечно, вскоре опять развеселился: придумал, как себя развлечь.

Он вернулся обратно к Берзинь — с неясными целями, но, скорее всего, поговорить о поэтических своих стратегиях.

Толстая сразу простила Есенина и ждала весь день, что он вот-вот явится.

Явился в компании Эрлиха только к ночи, когда она уже спала."

"Разбуженная, вышла поздороваться к ним на кухню: посмотрела — пьяные, пьют — и ушла досыпать, ожидая, что утром поговорят.

Но той же ночью Есенин снова ушёл.

Толстая, веря, что он всё равно вернётся, оставила на столе записку: «Сергей, дорогой мой, приходи скорей. Жду тебя очень, очень. Так ужасно грустно».

Есенин пришёл за полночь, но уже в компании Приблудного.