Есенин: Обещая встречу впереди

Наши издатели никогда нам не простят, если будем им давать мелочи и всякую чепуху.

Репортёры стали спрашивать, почему я так скоро оставил Европу. Я им ответил:

— Европа слишком мала, чтобы вместить в себя мой талант и мои чемоданы.

Они записали этот ответ, который единодушно был признан гениальным».

И в таком духе — целая страница. Дались им эти чемоданы.

Особенно неприятно, что завершался фельетон упоминанием Троцкого:

«Из Америки я решил вернуться в Россию. Оказывается, тут ещё РСФСР и даже СССР. Что же, пусть…

В какой-то газете я прочитал большой фельетон о литературе за подписью какого-то не известного мне Л.

Надо будет сообщить ему, чтобы он зашёл ко мне в „Известия“. Думаю поощрить „этого человека“. В „этом человеке“, кажется, что-то есть».

То есть Есенин, по мнению автора публикации, не только сам опростоволосился, но и наркома выставил в комическом свете.

Во фразу «…мне нравится гений этого человека» Есенина ткнули лицом.

К тому же люди в «Правде» явно уже были осведомлены о их встрече.

За фельетоном просматривались какие-то политические реалии, Есенину не до конца понятные: Троцкий, на которого он готов был ставить, уже терял прежние позиции и превращался в объект внутрипартийных насмешек.

Слишком многие партийцы не могли простить Троцкому его оглушительной известности и высокомерных замашек.

Оршер не только ставил на место Есенина, но и умело вставлял шпильку, казалось бы, всесильному вождю.

Едва ли Есенин мог об этом догадываться.

Но в любом случае такого юмора в свой адрес он не признавал категорически.

Ладно бы ещё злобные фельетоны о нём в эмигрантской прессе: Есенин презирал белогвардейцев, те презирали и ненавидели его — они были квиты.

Но здесь-то — его страна!

Очерк «Железный Миргород» сочинялся с самыми лучшими намерениями.

Есенин был уверен, что его явный поворот в сторону «коммунистического строительства» должен быть оценён совсем другим образом. А его каким-то петрушкой выставили!

И где — в «Правде»!

Редактировал «Правду» один из главных ленинских сподвижников Николай Бухарин.

«Правду» каждое утро читали и Троцкий, и Ленин, и Зиновьев, и Каменев, и все остальные вожди.

Что он, русский поэт Сергей Есенин, сделал этому Оршеру?..

Впоследствии один из мемуаристов вспомнит, что посоветовал Есенину писать прозу, ведь очерк «Железный Миргород» получился просто замечательным, на что тот сморщился и сказал: нет-нет-нет, больше никакой прозы, никогда.