Екатерина Арагонская. Истинная королева

Поверьте мне, я изучил вопрос и убежден, что мы нарушили Божью заповедь. Брак, который приносит мне столько страха и душевных мук, конечно, не может быть законным!"

"– Генрих, он законен! Так сказал папа. Разве он может ошибаться?

Генрих встал и начал расхаживать по комнате:

– Свидетельства неудовольствия Господа очевидны всем. Все наши сыновья умерли вскоре после рождения. Это наше наказание. – Он повернулся к ней и молитвенно воздел руки. – Уже долгое время я чувствую, что живу, вызывая гнев Всевышнего.

На глазах у короля блестели слезы.

Екатерина опустила веки, собираясь с мыслями. Она не могла отказать Генриху в искренности, и тем не менее ей было отчаянно необходимо убедить его в том, что эти страхи безосновательны. В случае удачи вся эта печальная история останется в прошлом и будет позабыта.

– Вы говорили со своим духовником?

– Да. Я обратился к нему прежде всех. Он не был уверен, что мне ответить, и направил меня за советом к архиепископу Уорхэму. Тот устроил допрос. Кейт, мне очень жаль, если вас это огорчает, но необходимо разрешить это дело.

– Генрих, на каких основаниях вы подвергаете сомнению законность нашего брака? Я пришла к вам девственницей. Мы с Артуром так и не вступили до конца в супружеские отношения.

– Но вы много раз спали вместе, жили в одном доме…

Екатерина остолбенела:

– Вы обвиняете меня в том, что я обманула вас и лгу вам до сих пор?

– Нет, то есть, Кейт, я не знаю! Может, вы не делали ни того ни другого.

– О Генрих! Вы думаете, я бы не поняла? С вами мне в первый раз было больно.

Генрих нетерпеливо мотнул головой:

– Это все не имеет отношения к делу. Заповеди из Книги Левит приложимы в любом случае – свершился ваш брак или нет.

– Не понимаю, каким образом! – Екатерина начинала горячиться. Ее не покидала уверенность, что за всем этим стоит Уолси. – Препятствие ко второму браку существует только в том случае, если первый окончательно свершился, а со мной этого не произошло. Тут все яснее ясного. Как еще мне убедить вас? Больше двадцати лет назад папа рассмотрел и принял во внимание все свидетельства. Он не одобрил бы наш брак, если бы существовали хоть какие-то сомнения.