Екатерина Арагонская. Истинная королева

Мне уже тридцать, и у меня всего одна дочь.

– Запаситесь терпением и молитесь, мадам. Я уверена, ваши молитвы будут услышаны.

И тут у Екатерины зародилась идея. Она знала о недоверии Генриха к своим родственникам Плантагенетам. По примеру отца он рассматривал их как угрозу своей безопасности на троне, боялся заговоров с их стороны.

– Некоторые из них больше всего на свете хотят восстановления дома Йорков, – однажды поведал он супруге. – Считают нас, Тюдоров, узурпаторами. Они забыли, что мой отец женился на законной наследнице дома Йорков.

Три года назад именно за такое преступление он казнил своего кузена Эдмунда де ла Поля, предыдущего герцога Саффолка. Тем не менее за границей скрывался отправленный в изгнание брат де ла Поля, Ричард, которому нравилось называть себя Белая Роза. Генрих был уверен, что в позапрошлом году он пытался вторгнуться в Англию из Бретани, хотя было заявлено, что целью вторжения являлась защита герцогства.

– Я слежу за ним, – рычал Генрих, – и не удивлюсь, если этот лис, король Франциск, предложил ему поддержку лишь для того, чтобы подразнить меня, как делал Людовик!

За прошедшие годы были обезврежены несколько других соперников короля, а их дети еще не доросли до того, чтобы представлять угрозу. Но когда они повзрослеют, то могут свернуть на ту же дорожку…"

"Екатерина размышляла. Ей представлялось, что есть способ покончить с этим соперничеством – лучший, чем все придуманные доселе.

– Маргарет, – сказала она однажды, отрываясь от вышивания, – вам не кажется, что брак Реджинальда с принцессой гармонично свяжет старую королевскую линию с новой? Это будет похоже на союз между родителями короля – объединение Ланкастеров и Йорков, а оно положило конец гражданской войне. Узы между домами Тюдоров и Плантагенетов укрепятся, и наши семьи свяжет вечная любовь.

Маргарет смотрела на королеву, и на ее продолговатом бледном лице отображалось движение чувств.

– Знаете, мадам, – сказала она, расплываясь в улыбке, – иногда я думаю, что лучше бы заниматься политикой предоставили нам, женщинам!

Рассвет майского дня 1517 года выдался золотисто-розовым, что предвещало прекрасную погоду. Дворцовые слуги были на ногах уже несколько часов, готовясь к дневным торжествам. Генрих выбрал место в парке Элтема, откуда открывался впечатляющий вид на Лондон, и там под деревьями были накрыты столы для королевского пикника.