Екатерина Арагонская. Истинная королева

Неужели после семи лет, проведенных в Англии, ей придется отправиться домой? Какое-то мгновение она не могла в это поверить. Не знала, как к этому относиться. Она вернется в Испанию, которая сильно изменилась с момента ее отъезда. Ее не встретит любящая мать, сестер тоже не будет, ведь все они замужем или мертвы. Там только отец, который – Екатерина не могла отделаться от этого чувства – предал ее.

Но это будет прекрасно – снова увидеть родную страну. Не быть приживалкой при английском дворе. Не влачить свои дни в бедности.

Но покинуть Англию означало оставить все надежды на брак с принцем Генрихом. Она уже так давно его не видела, и все же ей никогда не забыть дней турниров и того, как он смотрел на нее. Думал ли он о ней так же часто, как она о нем? Всю жизнь Екатерина представляла себя будущей королевой Англии. Она хотела стать супругой принца Генриха, а не кого-то другого.

Король Генрих умирал, это было ясно. Она никогда никому не желала смерти и каждый день молилась о его выздоровлении, однако в мыслях осмеливалась надеяться. Когда король оставит этот мир, принц Генрих придет, как странствующий рыцарь, чтобы предъявить свои права на нее, и они заживут счастливо, как написано во всех старых романах. Но очевидно, ее отец знал, что этого не случится.

Горькая правда состояла в том, что ее желания были неосуществимы. Она понимала: не в ее власти повлиять на собственное будущее. Им распорядятся другие в своих интересах. Так всегда бывает с принцессами.

Екатерина сидела за столом в окружении своих приближенных. Никто не жаловался на дурной запах блюд: все привыкли есть залежалую рыбу с рынка. Был Великий пост, и они его соблюдали. Брат Диего следил за этим, так что никаких послаблений не допускалось, и на столе почти ничего другого не было.

Ее тошнило и знобило.

– Не могу больше есть, – сказала принцесса. – Мне нужно лечь.

Мария встала:

– Пойдемте в постель, ваше высочество. Я вам помогу.

В спальне Екатерина повалилась на кровать не раздеваясь.

– Оставь меня. Просто дай мне поспать, – тихо сказала она, когда Мария попыталась возразить.