Его нежеланная графиня

Я не… — она обернулась на отца, в поисках поддержки.

Тот мрачно посмотрел на жену и сжал спинку стула так, что побелели костяшки пальцев.

— Лианна. — в его голосе лязгнул металл. — Просто прими подарок и поблагодари графиню… за щедрость.

Алесия спокойно выдержала его взгляд. Как ни странно, она чувствовала, что все правильно. Поступить по-другому сейчас просто нельзя.

А вот у Лианны дрогнули губы. Она неуверенно взяла шкатулку, будто та была ядовитой змеей. Покосилась на мачеху. Нахмурилась.

— Спасибо. — никакой радости внезапный дар ей не принес.

Но и спорить со взрослыми — себе дороже. Особенно, если оба взрослых внезапно сошли с ума.

Глава 24

Не по плану

Ужин прошел в гнетущем молчании. Даже не глядя на графа, Алес отчетливо ощущала, как тот раздражен. Впрочем, особого сочувствия женщина не испытывала. И угрызений совести, если честно, тоже.

Когда она была готова к диалогу, супруг предпочел демонстрировать характер. Вот пусть теперь почувствует, что это может работать в обе стороны. Кроме того, неоправдавшиеся ожидания вполне могут послужить хорошей встряской.

А вот с падчерицей нужно поговорить. Как-то объяснить ситуацию и постараться больше не вмешивать девочку в свои интриги. Сегодня уже поздно, но завтра…"

"Однако Лианна пришла к ней сама. Сразу после ужина. Тихонько поскреблась в дверь и, не дожидаясь приглашения, шагнула через порог. В руках у нее была та самая злополучная шкатулка. А в черных глазах горели сердитые огоньки.

— Что на тебя нашло? — выдохнула она без лишних предисловий. — Ты ведь совсем не такая!

Алес отложила гребень, который только что вытащила из волос, и подняла брови.

— Не совсем понимаю. Ты сейчас о чем?

— Вот об этом! — Лия потрясла шкатулкой. — Отец привез ее тебе, а ты…

— А я распорядилась ею, по своему усмотрению. Причем, с его же разрешения.

Девочка насупилась и посмотрела на мачеху из-под бровей.

— Но так ведь нельзя! Это же подарок, от чистого сердца.

Расстроенным? Алес вспомнила, с каким видом граф покинул столовую, после ужина. О нет, расстроенным он точно не был. Вот злым, как шершень — да. Укол по самолюбию получился весьма болезненным, что лишний раз доказывало, что думал мужчина только о себе.

И совсем не ожидал, что его стараний не оценят.

— Лия, послушай. — женщина кивнула на край кровати, предлагая девочке присесть.