Больно не будет

Гашу в себе этот странный неправильный порыв.

— Часто у вас такое происходит?

Он отрицательно качает головой:

«Нет. Если и происходит, то обычно удается договориться быстрее. Эти категорически отказывались сдаваться. Кто с ними только ни общался».

Он пишет грамотно и быстро.

«Катя, как ты себя чувствуешь? Мне сказали, ты не пострадала физически. А морально?»

— Все в порядке. Держусь. Мне стало намного легче после вчерашнего, когда ты… то есть… Я боялась, что ты прогонишь меня.

Он выглядит удивленным:

«За что?»

— Я ведь ослушалась.

Он хмурится и резко качает головой:

«Ты не виновата в том, что кучка утырков решили разжиться чужим добром. Что они взяли в плен людей. Что посчитали, будто им можно то, что нельзя остальным. Ты ни в чем не виновата. И мне приятно, что ты приехала меня навестить».

После его слов я вдруг начинаю шмыгать носом, хотя приехала с четкой целью — поддерживать его. А потом он обнимает меня и жалеет.

Он пишет:

«Все хорошо. Главное, что ты в порядке. Мне приятно видеть тебя в полном здравии».

— Было страшно, да? — спрашиваю.

«Очень», — отвечает боец без лишней бравады.

Некоторое время мы молчим, а потом он показывает планшет с цифрами — я догадываюсь, что это его номер телефона, и улыбаюсь.

«Мне ужасно скучно, — пишет он. — Если хочешь, то пиши».

Делаю дозвон, и он сохраняет мой номер как «Катерина», без всяких уточняющих пометок.

Приходит врач, по традиции мы тут же прощаемся, и я еду к психологу, с которым на этой неделе встречаюсь каждый день.

Глава 7

Следующим утром Ярослав приглашает меня на завтрак. Так и пишет в начале седьмого: «Не хочешь со мной позавтракать?»

«В больнице?» — строчу я. Нет, блин, в ресторане! Катя, включай голову!

«Да. Но тебе придется привезти еду с собой. Я бы мог оставить тебе свой завтрак, но вряд ли бы ты стала это есть.

Спросонья я не сразу понимаю, чего именно ему хочется, но затем до меня доходит:

«Тебе же пока нельзя жевать».

«Да. А тебе можно. Порадуй меня, Катя. Съешь что-нибудь вкусненькое, а я полюбуюсь, как ты жуешь. Все остальные категорически отказались»."

"«Тебе точно не будет завидно?»

«Будет еще как. Поесть я люблю».