Вишня во льду

Я вполне мог порекомендовать настоящим ценителям посетить это место.

– Тогда у меня еще два вопроса. Были ли в вашем списке музеи, которые вы рекомендовали наравне с нашей галереей?

– Были. Мне понравилось далеко не везде, но хорошее впечатление я не скрывал. Для того чтобы поднять глубинку, важно пробуждать в людях интерес к хранящимся там ценностям.

– А вы можете отметить в списке те музеи, в которых вы рекомендовали побывать?

– Да, пожалуйста. – Двиницкий совершенно спокойно взял протянутый Дорошиным список и поставил в нем несколько галочек.

Галочек было восемь, и среди них, помимо родного Дорошину города, значились еще три, в музеях которых тоже произошли кражи. Это было интересно.

– Тогда второй вопрос. – Дорошин сложил бумагу и спрятал ее в карман. – Вы можете припомнить людей, с которыми вы делились своими впечатлениями?

– Всех наверняка не смогу, поскольку у меня довольно большой круг общения, и мнения своего я не скрывал. Делился со всеми, кто об этом спрашивал. К примеру, разговора с Колесовым я не помню, а значит, и еще с десяток подобных разговоров мог забыть.

– И все же. Напрягитесь, полтора года не такой большой срок, чтобы память отформатировалась начисто.

– Ну, в издательстве рассказывал, конечно. – Голос фотографа звучал неуверенно. – Я же к ним после каждой поездки приходил, привозил фотографии, обсуждал, как их лучше обработать.

– В издательстве вы же не ходили по коридорам направо и налево. Вы же наверняка встречались только с теми, кто непосредственно курировал посвященный Куинджи проект.

Двиницкий немного подумал и написал на очередном листе бумаги три фамилии.

– Отлично. Идем дальше. С Григорием Орловым вы разговаривали про провинциальные музеи?"

"– С Гришей? Нет. Я его довольно давно не видел. Помню, что мы как-то обсуждали бедность фондов провинциальных художественных галерей с известным меценатом Павлом Голубцовым. Я с ним спорил, что так не везде, и приводил в пример то, что видел собственными глазами. – Он уверенной рукой вписал фамилию Голубцова в список.

– Так, и когда это было?

– Да где-то примерно с год назад. Может, чуть больше. Точно не помню. Еще с директором частного арт-музея мы об этом точно разговаривали. Ее зовут Инна Кормухина. С девушкой моей. Она всегда интересовалась впечатлениями от моих поездок. С мамой. Она у меня искусствовед, поэтому ей это все живо интересно. Да, вы знаете, и все, пожалуй.

Дорошин, поблагодарив Двиницкого за помощь, отправился на работу к Эдику Кирееву.