Увести за 60 дней

Она тяжело плюхнулась на сиденье и шлепнула о стол ладонью. – Вот, любуйся! Что твой брат натворил.

Ксюша убрала руку. И из-под ее ладони показался брат-близнец того, что лежало в моей сумке. Ну, или сестра-близнец.

Полоска тонкого картона с двумя штрихами.

- И у тебя тоже?! – выдохнула я.

- Да ладно?! - Ксюшины большие глаза распахнулись как блюдца. – Ты меня разыгрываешь!

Через несколько секунд на столе лежали две одинаковые полоски тонкого картона с одинаковой парой штрихов.

А мы с Ксюшкой молча созерцали это богатство.

- Они сговорились! – Ксюша откинулась на стуле. – Или… или просто они все одинаковые! Я тебе говорила, что твой брат – сексуальный маньяк?! - над нашими головами раздалось деликатное покашливание. Подошедший официант упорно делал вид, что не замечает натюрморт из полосок картона. И, получив заказ - быстро ушел. – Мало того, что маньяк – так еще и со склерозом! Потому что постоянно кое-что сделать забывает.

- А во всем виновата ты, потому, что надела заманушные трусы.

- Именно!

Мы с Ксюшкой переглянулись – и рассмеялись. А потом, подперев щеки, принялись разглядывать тесты. Ксюша вздохнула.

- Боюсь даже представить, какие дети бывают от сексуальных маньяков со склерозом.

- Лиля… - снова раздался голос сверху. – У нас что – двойня?!

Теперь на месте официанта стоял Даня. И потрясенно смотрел на натюрморт из двух полосок картона.

Боже, скажи, почему если мужчина в чем-то очень умный, то в другом он непременно непроходимый тупица?!

Ксюша, видимо, тоже так подумала.

- Это мой, - со вздохом сказала она, убирая свой тест обратно в сумочку.

- Как – твой?! В каком смысле - твой?! Это же Лиля мне фото прислала… - Данин голос звучал растерянно. Таки его можно понять. Это у меня было чуть больше времени на осознание. А он – с корабля на бал.

- А вот так, - проворчала Ксюша. – Не ты один не умеешь вовремя вынимать.

Впервые в жизни я увидела, как мой муж заливается густой алой краской. Он еще постоял, глядя на стол, на нас.

- Это мой, - пискнула Ксюша, повторяя свои слова, но уже совсем с иным смыслом и интонацией. Даня лишь махнул рукой, а потом обнял меня, наклонив голову, уткнулся носом мне в ухо и засопел. Я под столом нашла его руку и сжала. Бедный мальчик. Ему надо пережить потрясение и принять свое грядущее отцовство.

Ксюша некоторое время умиленно любовалась на нас. А потом нахмурилась."

"- Так, я не поняла. Даня здесь.