Утро, день, ночь

 – И миссис Пельтье вновь принялась за еду.

Когда Вуди узнал об этом, он пришел в ярость.

– Как она посмела так поступить?! – Он обнял Пегги. – В следующий раз спрашивай меня, Пегги, прежде чем сделать что-то подобное. На ленч Литературного кружка без приглашения не приходят.

– Я этого не знала. – Пегги тяжело вздохнула.

– Давай забудем об этом. Сегодня мы обедаем у Блейков, и я хочу…

– Я не пойду!

– Но они нас ждут.

– Иди один.

– Я не хочу идти без…

– Я не пойду.

Вуди пошел один, а в дальнейшем просто перестал брать Пегги с собой.

"

"Приходил он далеко за полночь, иной раз под утро, и Пегги не раз чувствовала, что Вуди был с женщиной.

Несчастный случай все изменил.

Произошло это в ходе игры в поло. Соперник, пытаясь ударить по мячу, попал по ногам пони, на котором сидел Вуди. Пони упал, подмяв Вуди под себя. В возникшей сутолоке второй пони лягнул лежащего на земле Вуди. В палате реанимации выяснилось, что у Вуди сломаны нога и три ребра и перфорировано легкое.

За последующие две недели ему сделали три операции.

Его постоянно мучили боли. Чтобы снять их, врачи кололи Вуди морфий. Пегги навещала его каждый день. Хуп прилетел из Нью-Йорка, чтобы утешить сестру.

Физическая боль изматывала, и снимали ее только наркотики, которые врачи прописывали Вуди. После возвращения домой он разительно изменился. Ему стали свойственны резкие перепады настроения. Он мог радостно улыбаться, а минутой позже его охватывал приступ ярости или он впадал в глубокую депрессию. За обедом Вуди мог смеяться и шутить, а затем внезапно набрасывался на Пегги с упреками.

Он мог замолчать, не договорив фразу до конца. У него ухудшилась память. Вуди договаривался о встречах и не приходил. Он приглашал людей в свой дом, а сам оказывался совсем в другом месте, когда они приезжали. Всех тревожило состояние его здоровья.

Вскоре он стал публично оскорблять Пегги. Как-то раз, принеся гостю чашечку кофе, Пегги чуть расплескала его, и Вуди пренебрежительно бросил: «Официантка всегда останется официанткой».

Он начал поколачивать Пегги.

Люди, видя синяки, естественно, спрашивали, что случилось, но она всячески выгораживала мужа, отвечая: «Я наткнулась на дверь», или: «Я упала». Общество негодовало. Теперь все жалели Пегги. Если же своим поведением Вуди оскорблял кого-то еще, Пегги опять вставала на защиту мужа.

– Вуди пришлось столько пережить, – говорила она. – Он просто не в себе.

Пегги никому не позволяла ругать своего мужа.

Разгадку происходящего нашел доктор Тичнер.