Целительница моей души

 — Синяки и ссадины — бесплатно, как первому клиенту.

Блондин хихикнул, шатен недовольно фыркнул, а мой пациент закатил глаза и покачал головой, словно я ляпнула глупость несусветную. Потом достал из кармана золотой и вложил мне в ладонь.

— За лечение.

— О, — растерялась я. — У меня с собой столько сдачи не будет. Может, разменять? — и я огляделась, прикидывая, нет ли где поблизости банка, но ничего похожего не обнаружила.

— Сдачи не надо, — мужчина улыбнулся уголком рта. — Это на самом деле было не больно.

— Всё равно — это слишком много. А давайте, я вам на сдачу шрам уберу. Только нужно будет прийти ко мне в приёмную, это дело небыстрое, он у вас явно старый.

— Какой шрам? — насторожился шатен.

— Вот этот, — я провела пальцем по своей скуле от уха до шеи. Длинные, ниже плеч, густые и волнистые волосы брюнета были распущены и скрывали и скулы, и уши, но прикоснувшись к его щеке, я явственно ощутила пальцами грубый застарелый шрам от ожога, а при сканировании поняла, что он намного больше и уходит с шеи на спину.

— Это шрам от магического напалма, — глухо уронил мой пациент, заметно напрягаясь.

— Тогда это будет стоить еще один золотой, — тут же подкорректировала я цену.

— Вы издеваетесь? — возмущённо воскликнул шатен. — Или просто не поняли, о чём речь? Шрамы от магического напалма не сводятся.

— Любые шрамы можно убрать, — пожала я плечами. Странные они какие-то. Тело — оно всегда тело, как бы ни было сильно травмировано — всегда можно исправить. Дело лишь в приложении сил. — Просто попробуйте, — снова обратилась к брюнету. — Оплата по достижению результата, так что, вы ничего не теряете.

— А как вас найти? — поинтересовался блондин.

— Моя приёмная только что открылась на Липовой аллее, точнее — откроется завтра, но вы можете прийти и сегодня. На вывеске написано «Целительница Троп», это я.

На аллею наша улица не тянула, да и лип я там не заметила, там вообще никаких деревьев и прочих растений не было, кроме цветов в ящиках под окнами вторых этажей в некоторых домах. Разве что на задних дворах что-то росло, но за домами этого было не видно.