Тринадцатый VII (СИ)

— Я говорил не про доказательства, князь, а про то, что мне достоверно известно, — уклончиво ответил Андрей Константинович.

Чего и следовало ожидать.

— Что ж, раз у меня нет резонного повода нападать на гильдию убийц, не считая знания пяти имён из печати, то на этом наш разговор окончен.

Я поднялся из-за стола.

— Подождите! Я вам не вру!

— Пока всё выглядит совершенно иначе.

Возможно, со стороны смотрелось странно, что пожилой мужчина пытается доказать свою правоту семнадцатилетнему парню.

Но когда речь заходит о статусе, все возрастные барьеры стираются.

Андрей Константинович поник, но уходить не собирался. Он выглядел крайне отчаявшимся человеком.

От таких можно ожидать чего угодно.

Но ни пять имён из печати, никакая месть, не стоили возможного риска. У меня и без гильдии убийц врагов выше купола, что стоит над домом.

— У меня есть связные в гильдии, но я не могу вам назвать их имена.

— Как же мне в таком случае проверить ваши слова?

— Не знаю, я правда надеялся найти в вас союзника. Сегодня мне удалось спасти семью, пожертвовав домом. Но нет гарантии, что я успею и завтра… А убийцы не остановятся, пока нас всех не уничтожат.

Эти слова звучали искренне. Но я по-прежнему не собирался принимать поспешных решений.

И у меня как раз был способ проверить слова Андрея Константиновича.

Я обернулся к стене и отодвинул картину. Слегка прикусил палец, чтобы капля крови попала на дверцу сейфа. И она с щелчком отворилась.

После проверки персонала Тимофей Сергеевич вернул артефакт правды на место. И теперь я протягивал полупрозрачный камень, так напоминающий неогранённый алмаз, мастеру печатей.

— Возьмите. И повторите всё то, что вы сказали, — указал я.

Старик поднял на меня взгляд, но не спешил брать в руки артефакт.

— Ах, ладно. Всё равно я не смогу сказать то, что запрещено клятвой, — он взял в руки кристалл и повторил про пять имён и заказ для гильдии убийц."

"— Вот теперь я вам верю. Надеюсь, что вы понимаете, это была вынужденная мера, — сказал я, забирая артефакт, чтобы снова спрятать его в сейфе.

— Понимаю, князь, — тяжело вздохнул Андрей Константинович. — В подобных обстоятельствах я бы и сам себе не поверил. И если честно, я уважаю то, что вы решили проверить.