Скрытое королевство

В поединке один на один выиграла действующая королева. Теперь всё решат сами радужные. Тамарин уже сделала своё дело, остались Мангр и Кинкажу.

Радужная малышка следила за подсчётом не отрываясь. Хвост её нервно дёргался, когти на лапах загибались один за другим.

Распорядитель взял из кучи последний плод, тёмно-синий колючий шар в его лапах брызнул ярко-зелёным соком. Красавчик довольно кивнул и положил фрукт назад на кучку Мангра. Сияющая Кинкажу подмигнула Ореоле.

– Семнадцать против шестнадцати! – громко объявил старый дракон.

– Что-о? – завопила Роскошь. Развернувшись, она впилась взглядом в Гламур. Та стояла в недоумении с пастью, перепачканной зелёным соком. – Ты их сожрала, гадина? Там было девятнадцать! Девятнадцать!

– Извини, – смущённо пробормотала Гламур. – Я думала, шестнадцати хватит, и…

– Плохо думала! – прошипела королева.

– Прошу прощения, ваше величество, – нахмурился распорядитель. – Вы сказали, было девятнадцать? Где было?

Повисло неловкое молчание.

– Ты меня в чём-то обвиняешь?

– Я обвиняю! – выкрикнула Кинкажу. – Ты давно собрала все фрукты и спрятала!

– Это просто смешно, – фыркнула королева, вспыхнув красными пятнами, – и невозможно доказать.

Понятно было теперь, зачем Роскоши сегодня понадобилась такая яркая чешуя. Она хорошо скрывала чувство вины. Что ж, разумно. Ореола со вздохом глянула на себя. Медово-жёлтая окраска успела поблёкнуть, а на спине и кончиках крыльев уже собирались серые облачка уныния.

– Какая разница, – обернулась Гламур к радужной малышке, – всё равно вы победили.

Кинкажу радостно толкнула Ореолу хвостом. Ещё есть шанс! Пока ничья – два-два.

– Разница есть, – настаивала она, – вы можете снова обмануть!

– Этого не потребуется, – произнесла старая королева, выдвигаясь вперёд.

Её кости скрипели, как древесные стволы, а серебристая чешуя, казалось, отражала лунный свет вместо солнечного.

Изогнув шею, Грация глянула сверху на соперницу.

– С тобой я сама справлюсь, без всякого обмана.

– Это мы ещё посмотрим! – Кинкажу храбрилась, но зелёные пятна так и мерцали на её гребне.

Ореола вздохнула.