Семисвечник царя Соломона

Но она ведь ни за что не отвяжется…

– Ну? – спросила я, едва сдерживаясь, чтобы не заорать, потому что баба Шура, конечно, спит крепко, по ее собственному выражению, ее пушками не разбудишь, но все же ночь на дворе, хоть и белая. Точнее, серая.

– Чего тебе?

В ответ послышалось только слабое жалобное поскуливание. Собачку она завела, что ли? И жаждет меня с ней непременно познакомить в три часа ночи?

– Кончай придуриваться! – рявкнула я полушепотом. – Говори уже! Что тебе нужно?

– Федя… – прошелестело в трубке.

Вот кстати, разрешите представиться: Феодора.

Вы не ослышались, именно так меня зовут. Мы две сестры: Василиса и Феодора, в просторечии Вася и Федя. Родителям очень хотелось мальчиков, вот и получились мы.

То есть это мы с сестрой так всем объясняли, а на самом деле, о чем наши родители думали, когда давали детям такие имена, мы понятия не имеем. Скорее всего, папочка прикололся, а на маму нашло умственное затмение.

– Куда еще ехать? Ты пьяная, что ли? – спросила я, сообразив, отчего такой у Васьки голос.

– Федя, если ты не приедешь, то я… я умру… – всхлипнули на том конце. – Мне страшно… тут кровь… повсюду кровь…

– Кровь? – всполошилась я. – Васька, у тебя кровотечение?

У нее проблемы с этим. Детей у сестры нет, хотя ей уже тридцать два года и было два мужа. А третий и сейчас есть. В общем, долго рассказывать, но были у нее проблемы. Так что я отреагировала на слово «кровь».

– Вызывай «Скорую»! – сказала я.

– Нет, это не поможет… – Сестра заговорила тверже. – Слушай, ты должна приехать и мне помочь, пожалуйста, Феденька! Иначе я просто не знаю, что делать, хоть в окно бросайся.

– Да что еще такое! – проворчала я. – Что случилось, куда ехать-то? Ты где, дома?

– Да нет, я… я на Ивановской…

– На Ивановской? Что ты там делаешь? – изумилась я.

Вполне понятно мое удивление, потому что на Ивановской улице находится квартира бабы Шуры, она там жила почти всю жизнь, пока не состарилась и не начались у нее проблемы с головой.

Баба Шура все забывает. Забывает, куда положила кошелек, забывает, пила ли свое лекарство, иногда забывает поесть. Или, наоборот, может поесть два раза подряд или даже три, если сладкое. Однажды за разговором съела целый торт.

Кроме того, баба Шура забывает выключить воду и зажечь газ. Горелку выкрутит, а спичку не поднесет. Короче, жить одной ей стало никак нельзя, и мы забрали ее к себе.